Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Тоже к предыдущему

Тоже к предыдущему. "Невежество возводится в систему"

Ну и повезло же мне, сукину сыну. Как же мне повезло (I'm a lucky bastard," he was saying. "A lucky, lucky bastard") (Даль, They Shall Not Grow Old).

"...Третий существенный недостаток обоих авторов – в отсутствии у них подлинно исторического взгляда на явления, а попытка оценивать историю с точки зрения «хорошо» или «плохо», то есть с точки зрения не законов ее развития, часто нам непонятных и непостижимых для нас, а с точки зрения внешних моральных категорий… Всегда надо думать о том, кому «хорошо», кому «плохо». И как понимать это «хорошо» или «плохо»? К примеру, нашествие варваров на Рим было плохо, но то, что после разрушения Римской цивилизации варвары, воспринявшие ее, создали современную европейскую культуру – это хорошо. Значит, может быть, нашествие варваров было хорошо. Да и погиб ли Рим от нашествия варваров? Скорее всего от своих внутренних противоречий, от своей внутренней слабости, и вот из этих внутренних законов истории и следует судить любое событие и любую идеологию. «Хорошо» или «плохо», можно, видимо, определить на следующем, более высоком этапе мышления, когда речь идет о цели существования человечества, о целях мироздания". Это написал Давид Самойлов по поводу этой, как ее, переписки Эйдельмана с этим, как его - дьявола, с Астафьевым.

Давно поймал себя на том, что тексты соответствующих авторов - да не только тексты, а всю соответствующую культуру - я только краем задел, и то после двадцати лет (в частности, из всех трех - Самойлова, Эйдельмана и Астафьева - не читал до третьего курса ни строки). До означенного возраста из всех авторов, писавших после 1917 года на советской территории, я читал только (помимо школьно-программного Маяковского и Шолохова и столь же школьно-программной пары рассказов Шукшина вкупе с "Зорями здесь тихими" - ну и "Бронзовой птицы" с "Васьком Трубачевым" в совсем уж детстве, аксеновского "Дедушки - памятника") Пастернака с Мандельштамом, "Буратино", "Аэлиту" и "Ибикуса" Толстого, почти все ИльфПетрова, почти все - Катаева, Олешу, что-то Беляева, собрание Грина, Булгакова, Эренбурга, Кольцова, очень малую толику Стругацких (самую раннюю, Багровые тучи), Евгения Шварца, Константина Бадигина, "Сода-Солнце" Анчарова, притчеобразную квазифантастику Шарова, "Наследника из Калькутты", Каверина, Шефнера, Хармса (что имелось) и (что имелось) Заболоцкого, + Симонова. А также журнал "Юность", журнал "Огонек", толстые журналы ("Нева", "Октябрь", "Знамя", "Звезда", "Новый мир") и повести библиотечки "Звезда" в армии, потому что надо же там что-то было читать (до армии я в глаза ни одного из этих журналов не видел - так исторически сложилось,- а вот "Юность" так видел, но увиденное меня не поощряло ее читать); так я столкнулся со Стаднямидоприказа и Завтрабылавойной, а также с каким-то опусом Арканова про какого-то Ферруго, каковой опус, кажется, сам автор охарактеризовал как "бред под Маркеса". Конечно, я упустил сейчас кого-то из вида (детлит, исторические повести Яна, Шишовой, Воронковой и и всякие "Плутонии" не в счет), но не очень много. О театре на Таганке я к моменту выпуска из университета знал раз в сорок меньше, чем о "Театре Клары Гасуль". Я не знал, что Лихачев, Аверинцев и Гуревич - это фирмА. Великие противостояния "новомирских либералов" и руситов" стали мне известны как малоинтересный факт жизни совсем уж неинтересных людей в районе четвертого курса. О существовании всего либ.-дем. лагеря я узнал из журнала "Огонек" и сведений о процессе над Осташвили, каковой процесс сразу сказал мне об этом лагере все, что нужно о нем знать. О противоположном лагере все, что нужно о нем знать, я узнал из газеты "День". В общем, я произрос совершенным идиотом в греческом смысле слова по отношению к совкультпроцессу.

- Марья Ивановна, как же Вы, мать троих детей, доярка, общественная работница, кандидат в члены партии, и вдруг стали валютной проституткой?
- Ну, что тут сказать… наверное, просто повезло...

Или, как писал Слуцкий, "До сих пор яснее голова на то ведро мертвецкой водки, которую я не распил в старшинском блиндажике зимой сорок второго года".
(О том, что я читал тогда Эренбурга и Симонова, я несильно, но жалею. Вот что читал Кольцова - не жалею, потому что с самого начала считал, что читаю поганца. Я жалею именно о том, что читал каких-то поганцев, не зная этого, просто как читатель, без соответствующего упреждения. Через прицел, зная, с кем имею дело, читать я безбоязненно готов и люблю что угодно).

Это не значит, конечно, что читать все это было бы плохо. Масса людей получше меня это все читала - и не пострадала. А, напротив, нашла что-то ценное.
Просто эти люди подвергались бОльшим опасностям, чем я. Их хватило на то, чтобы эти опасности их не взяли. Понятия не имею, хватило ли бы на это меня, подвергнись я тому же.

Маргарет Тэтчер - фон Хайеку

Маргарет Тэтчер - фон Хайеку

Я очень люблю и не раз поминал цитату из Борнатаныча, упоминающую фон Хайека
http://wyradhe.livejournal.com/160939.html

Господин Эбенштейн в своей биографии фон Хайека (2003) упоминает, что в 1982 Тэтчер написала ему ответ на _его_ письмо, в каковом он, как выражается Эбенштейн, "как кажется, писал об успехах [пиночетовского] чилийского правительства в сокращении государственных расходов относительно ВВП" (Alan O. Ebenstein. Friedrich Hayek: A Biography. 2003, p.295). Само это письмо Хайека не опубликовано. Но господин Эбенштейн соврамши: как твердо следует из ответа, фон Хайек призывал ее действовать в соцэк.сфере так же круто, как и Пиночет. Как пишет Кеннет Р. Гувер, на это Тэтчер своим ответом дала "неожиданную отповедь... и эта отповедь, насколько можно судить, обозначила прекращение роли Хайека как ее неофициального советника" (K.R. Hoover. Economics as Ideology. 2003, p.213).

Cам ответ вот: http://www.bradford-delong.com/2015/02/hoisted-from-archives-from-1983-letter-from-margaret-thatcher-to-friedrich-hayek.html ; он на самом деле не так уж резок по выражениям. Русский перевод тут: http://scholar-vit.livejournal.com/333647.html

ДАУНИНГ СТРИТ, 10

Премьер-министр

17 февраля 1982

Мой дорогой профессор Хайек,

Спасибо за ваше письмо от 5 февраля. Я была очень рада тому, что вы смогли посетить обед, который был так хорошо организован Уолтером Саломоном. Для меня было не только большим удовольствием, но и, как всегда, поучительно и полезно услышать Ваше мнение об основных вопросах нашего времени.

Мне были известны замечательные успехи экономики Чили в существенном понижении доли расходов правительства за десятилетие 70-х. Переход от социализма Альенде к капиталистической экономике свободного предпринимательства 1980-х является поразительным примером экономических реформ, из которого мы можем извлечь много уроков.

Однако я уверена, что вы согласитесь с тем, что в Британии с нашими демократическими институтами и необходимостью высокой степени согласия, некоторые меры, принятые в Чили, совершенно неприемлемы. Наша реформа должна идти в соответствии с нашими традициями и нашей Конституцией. Временами этот процесс может показаться мучительно медленным. Но я уверена, что мы добьемся наших реформ нашими методами и с нашей скоростью. Тогда они будут прочными.

С наилучшими пожеланиями.

Искренне ваша

Маргарет Тэтчер

***

Я полагаю, что Пиночет, фон Хайек и Борнатаныч втроем составили бы блестящую и любопытную компанию, особенно если бы Пиночет применил к ним некоторые свои специфические скиллы, недоступные Маргарет Тэтчер с ее демократическими институтами и необходимостью высокой степени согласия.

К вопросу о гризли + 20.3 КОАП + замдекана и герменевтика

К вопросу о гризли + 20.3 КОАП + замдекана и герменевтика

К предыдущему (доброжелательный шарж на Крылова, рисунок начала 19 века):



КОАП 20.3

Имеется статья КОАП 2.3:
"Пропаганда либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, либо атрибутики или символики экстремистских организаций, либо иных атрибутики или символики, пропаганда либо публичное демонстрирование которых запрещены федеральными законами
Collapse )
Кроме того, ФЗ "Об увековечении Победы советского народа
в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" (http://docs.cntd.ru/document/9011773 ) гласит (ст.6):

В Российской Федерации запрещается использование в любой форме нацистской символики как оскорбляющей многонациональный народ и память о понесенных в Великой Отечественной войне жертвах.

Запрещается Collapse )

- по прямому смыслу этих законов любая историческая публикация общего пользования (включая демонстрирование аудио- и визуальных материалов), как и любая обличительная супротив нацизма публикация, как и любая моделька в диораме (во всяком случае, не ограниченного кругом личных знакомых доступа), как и любой фильм или картина в галерее, - в которых мелькает свастика или немецкий офицер "с атрибутикой" -
является криминализуемым нарушением.
Как и публично демонстрируемые фотографии парада победы, с швырянием немецких знамен со свастиками, как и экспонирование самих этих знамен в Центральном музее Вооруженных Сил СССР...
Как и еще много чего, что нигде в стране не карается.

Неоднократно на этот заведомый идиотизм данных законов указывалось, неоднократно слышался замечательный ответ: "Ну не дураки же в ЦК сидят! К правоприменению претензии есть? Реально преследуются только случаи экспонирования в целях пропаганды и публичного выражения поддержки нацизму, так? Ну и отвалите!" (как будто издание законов со злоабсурдной формулировкой извиняется тем, что применяют их с умом - то есть массово не исполняют того, чего они требуют).

Но такие ружья не висят на стене все время молча. Вот и один из выстрелов:

http://www.ntv.ru/novosti/1344916/ (НТВ, полагаю, трудно заподозрить в желании подрывать основы правительственного курса и вообще от него отклоняться)

http://amurburg.ru/news/novosti_tsenzury/smolenskuyu_zhurnalistku_oshtrafovali_za_post_snimka_svoego_dvora_vremen_fashistskoy_okkupatsii/

http://www.bbc.co.uk/russian/russia/2015/03/150302_russia_journalist_penalty

и мн. др. сообщения о том же

3. Как известно, замдекана МФТИ по случаю Немцова на своей открытой (на его беду) Collapse )

О горе! Свергнуты восемнадцать квадрильонов памятников Ленину в Ивано-Франковске и окрестностях!

О горе! Свергнуты восемнадцать квадрильонов памятников Ленину в Ивано-Франковске и его окрестностях!
То есть, может, и не восемнадцать, но что-то по ТВ систематически доносится бубнеж на эту тему - видать, решили, что это должно вызывать большой гнев и горе у гражд.коллектива РФ, а может, у него это и впрямь вызывает гнев и горе - бог его знает. Как сказал Леонид Ильич о Солженицыне на Политбюро (тролля означенное Политбюро) - "На всё он помахивает, ни с чем не считается". Так и тут - самого Ленина свергают, аспиды, и ведь самочинно, без приказу! Это ж вандализм! (Приказ не замедлит, правда - в Раде уже соответствующий закон принимается). Это ж их история! (Впрочем, это уж совсем никак. С чего это Ленин-то - их история? Он в 1924 помёрши, а во Львов Советская власть впервые прочно пришла в 1944).

Вообще, конечно, всему предмету переименований, ликвидации памятников и пр. раз и навсегда заданы пределы полк. Малышевым:
"Господин поручик, Петлюре через три часа достанутся сотни живых жизней, и единственно, о чем я жалею, что я... О портретах, пушках и винтовках попрошу вас более со мною не говорить".

То, в какой степени в любом отрезке жизни СССР и РФ присутствует советчина, измеряется в первую голову не памятниками, топонимикой и заклинаниями в стопках нелучшей бумаги, называемых учебниками истории, а людосбережением и правосбережением на территории СССР - РФ. То есть тем, чему советчина антагонистична в первую очередь и по наличию чего можно тем самым измерять степень ее отступления. Эрэф образца 1992-2005 гг. - это бОльшая советчина, чем Эрэф образца 2006-2014 гг. (и даже намного бОльшая советчина, чем сам наисоветский СССР 1975 года), и если бы Ельцин самолично съел труп Ленина, взорвал все его памятники, увешался бы портретами Колчака и ползал на карачках на могиле Деникина, вереща: "Слава тебе, великий русский патриот!" - то сказанное ничуть не изменилось бы, просто память Деникина и Колчака подверглась бы дополнительному надругательству, только и всего. Измеряется советчина просто степенью нарушения коренных прав людей тем или иным режимом; тем, сколько эти люди под попечением режима живут, и много ли их режим гнобит, или казнит, или держит в обмане и черном теле (включая степень невозможности влиять на смену власти). Советчина не в ярлыках самих по себе, а в отношении к людям. Другое дело, что и само сохранение большевистских ярлыков - всех этих досок с Землячками, Мундинделями и Бабаясиными, имен Ленина и Комсомольских правд - с несомненностью указывает, что с отношением к людям здесь шибко неблагополучно по советчине, поскольку было бы с ним благополучно - ничего бы этого не оставили. Как было справедливо замечено, свободного и человеческого строя в Германии не может устанавливать правительство, сидящее на Гитлерштрассе близ станции метро имени Гиммлера с портретами Гейдриха в МВД. Не потому, что фамилии Гитлера и пр. имеют магическое значение, а потому что, имей правительство вполне адекватное представление о свободе и человечности, оно бы эти названия и устранило - как устранило бы матерные ругательства в качестве названий улиц и городов и не стало бы заседать в Б..ядском дворце на ул. У..бища-Лесного.

Так что сам _факт_ советчины можно установить и по наличию советских ярлыков и пропагандунг-топиков. Но вот _степень_ советчины никак не обязана коррелировать со степенью распространения советских ярлыков и пропагандунг-топиков. Антисоветское оформление может прикрывать советчину не хуже, чем советское.

С этой оговоркой и в этих пределах вполне осмысленным предметом разговора являются и ярлыки, и их судьба на Украине. РФ - совсем другое дело. По законам РФ ежели я, в очередной раз проходя по родной красивой ул. Пятницкой мимо очень красивого старого дома с мордолицом т. Землячки на прибитой там доске, тресну, наконец, по этой доске молотком и собью ее к едрене фене - то это без малейших натяжек и злоупотребления законом будет по законам РФ вандализм по мотивам политической ненависти, несколько лет реального срока по соотв. статье УК. Ежели я сбивать молотком доску с Землячкой не буду, а только скажу, что дело это было бы хорошее, правое - то это без малейших натяжек и злоупотребления законом будет по законам РФ преступлением по ст. 280 УК (призыв к осуществлению экстр. деят.). Наконец, если я и того не скажу, а скажу, что мне лично такая акция понравилась бы, то это уже призывом тратата не будет (я просто довел до города и мира факт своего такого дурновкусия - ну мало ли что мне нравится). Кстати, по нашему закону об экстремизме большая часть перечисленных там видов деятельности не ограничивается применением к РФ - так, сказано, что "экстремистская деятельность (экстремизм)" - это " 1) деятельность общественных и религиозных объединений, либо иных организаций, либо средств массовой информации, либо физических лиц по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных на: насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации; подрыв безопасности Российской Федерации; захват или присвоение властных полномочий [уже не сказано, что именно применительно к РФ]; создание незаконных вооруженных формирований [уже не сказано, что именно применительно к РФ];... 3) публичные призывы к осуществлению указанной деятельности или совершению указанных действий" (пункт третий задает чудную рекурсивность).

Таким образом, если я начну деятельность по подготовке действий, направленных на публичные призывы к деятельности по свержению правительства в Бирме или созданию вооруженного противобандеровского ополчения в Севастополе -я подпаду под этот закон. А если я призову к деятельности по подготовке (а то и по совершению) действий, направленных на деятельность по созданию вооруженного противобандеровского ополчения в Севастополе (или по призывам к оному созданию), то подпаду под 280 ст. УК. Во всяком случае по букве закона, не различающего почти нигде, направлена ли деятельность по подготовке деятельности по призыву к действиям, направленным на деятельность и т.д. на дела Российской Федерации или Бенина.

Но вот констатируя, что лично мне по порочности моих вкусов нравится то или это, я закона не нарушаю. Констатирую:
Когда на Украине по закону охраняют памятники Ленину, мне это нравится намного меньше, чем когда их самочинно, мимо закона, сносят. Еще лучше было бы, конечно, ежели бы их снесли по закону, но что-то за 20 лет руки не дошли - и никак не потому не дошли, что были заняты сбережением людей от всякого "Петлюры" и не имели времени отвлекаться на пушки, винтовки и портреты.

П.С. Вот было бы здорово, если бы тт. Кантор и Быков решили - просто по приколу - отправиться сейчас куда-нибудь на Галичину бодрым словом разъяснить гражданам всю неправоту их отношения к великому Ленину (коего оба ценят). Получился бы интереснейший диалог.

Участливый военачальник Гу

Участливый военачальник Гу
- персонаж танской литературной традиции.
Рассказ о нем гласит,

что был некогда юноша по имени Ван Сянькэ, влюбленный в дочь своего родственника-чиновника Ушуан. Но за участие в смуте родители Ушуан были казнены, а саму ее обратили в наложницу императорского гарема. Ван Сянькэ смог разыскать только старого верного слугу и служанку Ушуан и взял их к себе.
Потом, однако, Ушуан смогла из гарема передать Ван Сянькэ весточку:
"Я слышала от местных правителей, что отставной военачальник Гу из Фупина отличается открытым сердцем и отзывчивостью. Не могли бы вы обратиться к нему за помощью?" (= чтобы он помог мне бежать из гарема и соединиться с тобой).

Тут надо сказать, что местные правители, видимо, отзывались об отставном военачальнике еще и как о cовершенно reckless человеке, способном на дело любой лихости и притом нисколько не уважающем власти и почтительность, поскольку похитить девушку из императорского гарема, чтобы помочь ей воссоединиться с возлюбленным, мог бы только такой человек.

Ван Сянькэ тут же перевелся на службу в Фупин начальником уезда и свел там знакомство со старым отставником, жившим в своем поместье. Было это около 800 г. н.э., в годы Чжэньюань. В течение целого года Ван Сянькэ, какое бы пожелание ни высказывал при нем в пространство военачальник Гу - говорил ли он, что хотелось бы ему парчи, шелка, драгоценностей или яшмы, - тут же добывал это и дарил военачальнику, но сам его ни о чем не просил.

Через год военачальник Гу оценил готовность Ван Сянькэ вкладывать в него средства, ни о чем его не прося по своей инициативе и тем самым вверяясь самому военачальнику - захочет тот, сам предложит доброе дело в ответ, не захочет - Ван Сянькэ просто потеряет средства, но сам просить ни о чем не будет. Военачальник Гу оценил такой благородный способ снискивать помощь, и сказал знакомцу:

- Я простой старый солдат, и вам нет от меня никакой пользы, а вы столько всего для меня сделали! Я понимаю, что Вы бы от меня хотели какой-то помощи, и, тронутый вашей преданностью и доверием (он имел в виду, что Ван Сянькэ все делал ему подарки, но сам решил ни о чем его не просить, оставляя вопрос об ответной услуге на произвольное усмотрение военачальника), я решился дать себя в порошок растереть ради вас.

Ван Сянькэ со слезами поклонился ему и все рассказал.
- Трудное дело! - ответил военачальник, - но попытаюсь.

После этого он сделал следующее. Тайно разведывал повсюду, нет ли снадобья, которое на три дня делало человека как бы мертвым, усыпляя его до степени летаргии, и через полгода выяснил, что есть такое снадобье у даосов на горе Ма. Тут же послал он своего слугу на гору Ма за этим снадобьем, и когда тот вернулся, военачальник Гу снадобье у него взял, а самого его незамедлительно убил, чтобы не могло случиться утечки информации. После этого (не говоря о том, что он сделал и задумал), он вызвал к себе Ван Сянькэ, и велел ему ради успеха воссоединения с Ушуан предоставить в его распоряжение старую служанку Ушуан, жившую, как мы помним, при Сянькэ. Служанка к нему прибыла. Военачальник Гу переодел ее в наряд дворцового гонца, снабдил нужными паролями и отправил к Ушуан со снадобьем, велев служанке следующее: притворяясь гонцом и не открывая себя, дай ей это снадобье как яд и скажи, что император велел ей покончить с собой, как дочери участников смуты; потом возвращайся и доложи. Служанка все так и сделала; Ушуан, думая, что ее приговорили к смерти, выпила снадобье, думая что это яд, и стала как мертвая. Служанка вернулась и доложила о выполнении задания; тогда военачальник убил ее, чтобы не возникло утечки информации, а сам взял носильщиков и поехал с ними во дворец (они несли ценности, назначенные на взятки). Там он по секрету связался с гаремными чиновниками, выдал себя за родственника Ушуан (которую в гареме, естественно, сочли скончавшейся) и за большую взятку выкупил у гаремных евнухов ее тело. После этого поехал обратно с телом Ушуан и носильщиками, по дороге раздав немало взяток тем, кто его видел, чтобы они молчали о его проезде; тем самым он хотел повязать их этой взяткой, чтобы они потом не разгласили о его проезде из страха выглядеть его соучастниками. Когда он подъезжал к местности, где ждал его Ван Сянькэ с оставшимся у него старым слугой Ушуан, он в укромном месте убил всех носильщиков, чтобы не возникло утечки информации.
После этого он явился к Ван Сянькэ с завернутым в циновку телом Ушуан, ничего ему не сказал о проведенной операции, а только сказал, что кажется Ушуан мертвой, а на самом деле живая, и вскоре придет в себя. Когда Ван Сянькэ и старый слуга Ушуан привели ее в чувство, военачальник Гу попросил у Ван Сянькэ, чтобы тот велел старому слуге вырыть глубокую яму на заднем дворе, а когда тот это сделал, к ужасу Ван Сянькэ военачальник отрубил старому слуге голову, чтобы не случилось утечки информа....
- и бросил останки в яму, где их и закопал.

После этого он сообщил Ван Сянькэ о ходе всей операции, велел ему уезжать с Ушуан и жить тайно под чужими именами, а затем, чтобы и от него самого не произошло утечки информации (а быть может, также и в расплату за учиненные им ради Ван Сянькэ убийства невинных людей, хотя об этом он ничего не сказал, а сказал только, изложив историю всех ликвидаций: "Самого себя я тоже прикончу ради вас, друг мой!"), молодецким ударом меча отсек голову самому себе.

Ван Сянькэ с Ушуан жили долго и счастливо, а военачальник Гу после опубликования этой истории, сочиненной литератором Сюэ Тяо (830-872) и имевшей большой успех, навсегда стал в китайской традиции литературным примером праведной (товарищеской) верности, о чем см. The Birth of Chinese Feminism: Essential Texts in Transnational Theory / Ed. Lydia H. Liu, Rebecca E. Karl, Dorothy Ko. Columbia University Press, 2013. P. 279. Not. 150

П.С. Следует иметь в виду, что военачальник Гу убивает слуг и себя, опасаясь не именно доноса, а просто чтоб гарантировать, что те (и он сам) ни случайно не проболтаются обо всем этом деле, ни под пытками (если на них выйдут) не покажут о нем. Поскольку если кто-то проболтается, и это всплывет, то на Сянькэ и Ушуан будет объявлен розыск; да и так могут начать розыск, если в гареме выплывет, что тело умершей наложнице отдали за взятку какому-то ее родственнику. Значит, для вящей гарантии безопасности Сянькэ и Ушуан надо оборвать цепочку, ведущую от операции к самим Сянькэ и Ушуан, уничтожить всех, кто об этой операции знает, кроме самих Сянькэ и Ушуан. Гу убивает слуг и носильщиков не потому, что так мало ценит их, а потому, что так невиданно высоко ставит для себя ценность безопасности Сянькэ и Ушуан и желание их обеспечить против всех бед. Автор рассказа, Сюэ Тяо, этих убийств не одобряет - он в конце специально оговаривает, что вот, убили больше десятка невинных людей, и старательно выстраивает сюжет так, чтобы сам Ван Сянькэ (положительный герой) не имел к этим убийствам никакого отношения, не давал на них санкции, не знал о том, что Гу собирается их учинять, а первым увиденным им убийством был шокирован и ошеломлен - только уже не мог ничего изменить. Обсуждаемые убийства и самоубийство - мера великой готовности Гу идти на чужие и свои жертвы (в том числе и преступным по отношению к невинным людям образом) ради помощи подопечному, из приверженности к его благу - и, тем самым, мера самой этой приверженности, мера готовности Гу "растереть себя (и не только себя) в порошок" ради того, кому он решил оказать благодеяние, а не мера низкой ценности жизни слуг. Это заодно и мера реклессности военачальника Гу, но что он человек большой реклессности, было видно уже и из того, что по слухам о нем Ушуан заключила, что если его расположить к себе и сдружиться с ним, то он поможет и в похищении императорской наложницы.
Конечно, на _таком_ примере показывать степень приверженности благу товарища можно было бы только в рамках китайской культуры, где положительный (и уже никакой критике автора не подвергающейся) сановник из конфуцианского канона пускает безвинно в расход слугу, чтобы удостовериться в служебных качествах подчиненного. Но в нашей новелле эти убийства не оправдываются и не ставятся в образец; автор только ахает: это как же надо быть преданным благу того, кому ты решил помочь, чтобы обеспечивать ему гарантии безопасности таким способом! В этом и проявилась та самая великая открытосердечность и отзывчивость военачальника Гу: ради блага того, кому решил по-дружески оказать покровительство и помощь, если уж решил это сделать, и горы сворочу, и десяток человек положу, и себя прикончу.

Навальный - Венедиктов: правовое сознание высокого градуса

Навальный - Венедиктов: правовое сознание высокого градуса
( http://echo.msk.ru/programs/beseda/1139878-echo/ )

А.НАВАЛЬНЫЙ: Вы знаете, любая бытовая жизнь в той степени, в которой ее нужно регулировать законом, она должна регулироваться законом. Если для нас бытовая жизнь – это лезгинка на Манежной площади, то я как мэр регулирую таким образом, что я говорю, что «ребята, лезгинка на Манежной площади – это административное правонарушение».
А.ВЕНЕДИКТОВ: Почему?
А.НАВАЛЬНЫЙ: Потому что это.. (...) это хулиганство, потому что это нарушение общественного порядка.
А.ВЕНЕДИКТОВ: А хоровод можно водить? Вот, если она не лезгинка, а в присядку...
А.НАВАЛЬНЫЙ: Смотрите (...) вы приходите в Парк Горького, сейчас жара, там сидит куча девушек в купальниках. (...) В Махачкале если будут кучи или в Грозном кучи девушек в купальниках, это будет просто, я не знаю там, скандал и большой-большой конфликт. (...) Я вам [этим] просто говорю о том, что в разных городах (у нас очень большая страна) одинаковые действия, где-то это может быть нарушение общественного порядка, а где-то это не нарушение общественного порядка.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот, я спросил вас, вы мне не ответили. Вприсядку можно, лезгинку нельзя? Я просто задал вам вопрос. Потому что вопрос, танцевать лезгинку или нет, подняли вы, а не я. Поэтому я задаю вопрос. Какие-то танцы можно, какие-то нельзя? Или никаких нельзя? Или все можно?
А.НАВАЛЬНЫЙ: Значит, когда дагестанская молодежь собирается на Манежной площади и танцует эту лезгинку, они проводят это таким образом, что москвичи воспринимают это как вызов обществу.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, это правда.
А.НАВАЛЬНЫЙ: Мы запретим это делать, это будет нарушение общественного порядка.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Так?
А.НАВАЛЬНЫЙ: Поэтому же у нас есть судьи. Поэтому есть правоохранительные органы, которые весьма субъективно, но, тем не менее, основываясь на законе, определяют, это было хулиганство или не было хулиганством. Если я просто снял рубашку и иду по улицам Москвы, это, вроде бы, ну, неприлично, но не хулиганство. А если, не знаю там, все-таки, женщина разделась догола, ее, скорее всего, в милицию уведут, правильно?
А.ВЕНЕДИКТОВ: Да.
А.НАВАЛЬНЫЙ: Поэтому это определяет судья. И просто здесь не нужно лицемерить. Все мы можем определить. Вот, мы смотрим на человека, на его поведение на улице, мы – москвичи, у нас есть культурные коды, у нас есть общее понимание того, что такое общественный порядок. Мы всегда можем отличить, человек хулиганит или ведет себя нормально. Верно?"


Комментарии излишни, можно дополнительно поздравить сторонников с достойным выбором человека высокой правовой культуры. Полетите вы с крыши на чердак...
(Замечу, что лезгинка и присядка на Манежной одинаково дозволены, если не создают помех действиям граждан, для каковых действий площадь в первую очередь предназначена, и одинаково недозволены, если создают.  Если же дагестанцы танцуют лезгинку каким-то таким противозаконным и верифицируемо=объективно нарушающим общественный порядок образом - т.е. можно указать какие-то формальные признаки этого образа, нарушающие по общим правилам общественный порядок [по общим правилам - т.е. исполняй тем же образом гопак, это тоже подходило бы под те же виды нарушений общественного порядка], - то пресечению подлежит именно этот самый образ, а не лезгинка; тогда и исполнение присядки тем же образом должно быть пресечено по той же причине - а не потому, что кто-то  как-то это  "воспринимает".  Властью же мэра объявлять ОДНО из этих действий (присядки и лезгинки на Манежной) как таковое административным правонарушением [Навальный, стало быть, еще и не знает, что Адм. Кодекс не мэр редактирует]  на том основании, что какие-то москвичи ВОСПРИНИМАЮТ одно из этих действий как "вызов" само по себе, -
ну, эта  идея вполне достойна и самого Навального, и  лагеря его сторонников. Перл про "весьма субъективное" определение того, что есть хулиганство, по ревправосознанию суда / на основании "общего понимания москвичей того, что такое общественный порядок" и про то, что так и надо, стоит еще дороже.
Суд на процессе пусси райот - это просто детство невинное в сравнении с приведенными перлами, так как там хотя бы нарушение общественного порядка и мелкое хулиганство было достаточно оснований квалифицировать. Про Махачкалу и купальники - перл бонусный. Но общий почерк знакомый: чего мне захочется, то и законно).

Две задачки по истории - о Тукульти-Нинурте и Тавагалаве

Две задачки по истории - о Тукульти-Нинурте и Тавагалаве. Решение не требует никаких знаний по истории и не требует даже учета сведений, которые я просто для справки привожу ниже). Достаточно прочесть тексты источника, выделенные жирным шрифтом, курсивное примечание и вопросы, выделенные подчеркнутым шрифтом. Весь прочий текст читать необязательно.

1. Collapse ) в этой надписи Тукульти-Нинурта величается так:
(такие-то, такие-то и такие-то страны) - [все пространства] до рубежа страны Наири и до рубежа страны Маган, (и) до реки Евфрат - территории эти великие боги дали мне.


В следующих надписях, кроме названных выше походов, упоминаются уже и победоносные походы в саму Наири. И в этих надписях Тукульти-Нинурта величается систематически таким эпитетом:

рассеявший силы страны шубарейцев во всей совокупности (её/их) вкупе со странами Наири, отдаленными, вплоть до рубежа Магана.

(NB. Оборот "вплоть до рубежа" означает "вплоть до границы такой-то страны, исключая саму страну". То есть вот распространили мы завоевания на все пространство до границы данной страны, а через границу в саму эту страну не перехлестнули. "Покорна была Советскому Союзу вся Европа до предела стран Австрия (и) Западная Германия").

А после того как он еще и завоевал и аннексировал Вавилонию до Персидского залива, он стал величаться еще несколькими эпитетами, в частности титулом "царь страны Тильмун и страны Мелухха".

Вопрос. Некоторые исследователи считают, что титул "царь страны Тильмун и царь страны Мелухха" у Тукульти-Нинурты - это пустое хвастовство, пропагандистская фикция или чисто символический титул, не отвечающий какой бы то ни было политической связи с какими-либо реальными территориями, выступающими здесь под названиями Тильмуна и Мелуххи, так как, де, все реальные территории, которые можно было бы так назвать, были слишком далеки от Тукульти-Нинурты и владеть-де ими он не мог. То же самое относят и к декларации о победах "до предела Магана", так как Маган и Мелухха для месопотамцев того времени - наименование неких отдаленных полузабытых стран, о точных границах и положении которых они сами ничего толком не помнили. И некоторые другие заявления надписей Тукульти-Нинурты о его достижениях и завоеваниях иногда объявляются фиктивными.

Как, ничего не зная, кроме нескольких процитированных выше строк, доказать, что Тукульти-Нинурта был весьма добросовестен, не допускал фикций такого рода, и если величается владетелем какой-то страны N или говорит о походах в какую-то страну N, то, значит, он, либо его войска, либо какая-то форма признания его владычества или авторитета* и вправду действовали на территории, именуемой в соответствующем месте его надписи страной N?


Collapse )

Желающие сразу заглянуть в ответ - см. http://wyradhe.livejournal.com/264050.html?thread=7424626#t7424626

Подтверждение истинности своих оценок не всегда радует

Подтверждение истинности своих оценок не всегда радует оценщика

Оценка того, насколько способен неопределенно большой процент 'образованного' постсовкового населения соображать (в сферах, превышающих по сложности донесение ложки до рта и сочинение публицистики образца 1988/2012), у меня давно сложилась самая негативная. (Да, конечно, я и сам вхожу в это самое образованное постсовковое, но что ж тут поделаешь - из песни слова не выкинешь; в большинстве _наблюдавшихся_ мной по проявлениям случаев - прискорбнейшая картина. Может, конечно, это мне так не повезло с секторами наблюдения, а на самом деле светлый разум в моей соцгруппе просто кустами кустится). Ни простая память, ни оперативная не работают.
Вот, к примеру, Быков твердо помнит, что Никонов призывал исключительно к разрешению прекращения страданий для безнадежных детей: "Я просто помню, к чему он призывал, а к чему нет. Никонов предлагал разрешить эвтаназию для безнадежных. И только. Не "убивать", не отбраковывать, не направлять на уничтожение. Только прекращать страдания, если нет надежды" ( http://ru-bykov.livejournal.com/1536852.html?thread=6951508#t6951508 )
А на самом деле Никонов призывал разрешить родителям по своей воле обрекать на умерщвление отнюдь не только безнадежно терзающихся, но и попросту даунов и каких-то иных детей-инвалидов с врожденными уродствами (см. подборку http://wyradhe.livejournal.com/87558.html , со ссылками. В частности: "Убежден: такое же право [выносить решение об эвтаназии новорожденного] должны иметь и родители новорожденного дауна. Потому что эта болезнь неизлечима. А жизнь неполноценного – сплошное мучение. И сам он попросить об эвтаназии еще не может. Надо ему помочь"). Синдром Дауна, естественно, никаких безысходных мучений не несет. Итак, понадобилась, в лучшем случае, всего-то простенькая игра слов Никонова: приравнивание самой по себе жизни "неполноценного" к мучению - чтобы Быков "просто помнил", будто бы Никонов призывал исключительно к разрешению прекращения безнадежных страданий.

Рошаль написал в своем твиттере: "Поддерживаю указ Президента и предлагаю в Москве поставить народный памятник Диме Яковлеву, спасающему у нас безродительских детей".
И уже куча журналистов и частных лиц пишет, что поддержал он, стало быть, запрет на усыновление (хотя всю предыдущую неделю выступал против него), переметнулся, осквернил и т.д. Ты не поляк, ты татарин, ты предал знамена народовы!
Между тем поддержка здесь выражена вовсе не ЗАКОНУ ("антимагнитскому", с пунктом о запрете), а совершенно отдельному УКАЗУ о поддержке детей, который Путин подписал параллельно подписанию закона. А уж фраза про то, как Диме Яковлеву теперь посмертно выпало у нас выступить в роли спасителя безродительских детей, по своему очевидному черно-горькому упрекающему сарказму (смысл у нее тот, что вот - резкую заботу о спасении безродительских детей у нас начинают проявлять не тогда, когда надо - то есть изначально и постоянно - а в связи с историей вокруг закона Магнитского, остается сказать спасибо за это Диме Яковлеву - а не тем, кто у нас отвечает за эту саму заботу) никаких сомнений вызывать не может.

Любопытно, сохранят ту же степень несоображения следующие поколения. С моим-то и около вопрос ясен.

P.S.

Король: А ты не любишь доносчиков?
Справедливый сапожник: Ну чего же в них любить? Такая сволочь, ваше величество!

Сказочные времена, когда самой опасной для людей чумой были верховные вурдалаки с их приказами да доносчики. Нам этого себе уже не представить.

На реках вавилонских сидели мы и плакали

На реках вавилонских сидели мы и плакали, или новый жанр "Плач по утраченным полимерам свободы".

Креативный класс (я полностью поддерживаю это самоназвание - оно точно передает претенциозность и глупость этих людей разом) исключительно сконцентрирован и счастлив в любви: он любит одного себя и не имеет во всем мире ни единого соперника. Сила скромного обаяния этих людей стала мне вчера особенно ясна на конкретном примере: два человека из моего близкого окружения - неполитизированные русские люди, всегда относившиеся к властям (и к советским, и к постсоветским) и их патриотической пропаганде со здоровым мужицко-швейковско-марековским отвращением, матерно над всем этим ржавшие, не ходившие на выборы с 1992 года под лозунгом "кроме дураков, сволочей и воров, никого тут на прилавке нет и не будет" - так вот теперь они оба (сохраняя все названные отношения к властям и пропаганде) поскачут голосовать за Путина - а то-де "эти сявки [креативный класс, болотненцы] еще не дай Бог придут к власти". Тщетны были мои попытки доказать им, что это нам не грозит ни при какой погоде, так что вовсе не нужно обеспечивать ВВП максимальный триумф - нет уж, отвечали они, его триумф сейчас как раз не вреден, "а то эти сявки"...
Вот что крест животворящий делает!

Духовная же элита креативного класса что-то пригорюнилась. То Быков (еще до митинга 4 числа) сочинил ( http://www.novayagazeta.ru/columns/50439.html ) :

...Вот об этом я думаю, братья, — не сказать, что особенно лют, — посмотрев, как в родные объятья возвращается офисный люд. Он слетается после каникул, начинает обыденный цикл, и на лицах, в кого б я ни тыкал, обозначено крупное «выкл.».Collapse )
То "Божена Рынска" (уже после митинга) жжет сердца бичующим словом любви-ненависти (http://becky-sharpe.livejournal.com/1410647.html):

"....Вот намеряно отошла от политики, потому что мне западло быть в одной лодке с лузерами, но этот пост (ниже который) - он меня вернул к горьким мыслям. Счет, ребята, шел на дни. И сейчас, 12 февраля, я констатирую, что почти все уже просрано.Collapse )

То Аркадий Бабченко аналогично ( http://starshinazapasa.livejournal.com/344364.html ):
"...Говорить об этой клоунаде всерьез невозможно.... Протестное движение слито.Collapse )

То два великих лица движения - Шендерович и Ксения Собчак - не поняли друг друга:Collapse )

Товарищи! Все на защиту нежных ростков креативного класса! Если так пойдет дальше, то они, того гляди, сдуются уже к лету, а желательно, чтобы они вели газават с начальством до скончания веков.

Относительно утешает только "Новая Газета", горячо вступившаяся за итоги Великой Магнатской/Воровской Приватизации 1990-х от покусившегося - как ей примерещилось - на сии итоги Путина (тот и не думал на них покушаться - напротив, он - http://top.rbc.ru/economics/09/02/2012/637072.shtmlhttp://www.dp.ru/a/2012/02/09/Vladimir_Putin_pozaimstvo/ - осторожно присоединился к светлой идее Ходорковского узаконить их окончательно посредством взыскания единоразового налога с магнатов за присвоенные ими тогда общенациональные фонды. Сама идея вполне достойна Ходорковского и в переводе на русский язык звучит так: "Дорогие россияне! Мы вас изрядно обокрали к большому вашему разорению и оскудению и украденным намерены пользоваться и впредь. Ходят слухи, что вы на нас за это немного обижаетесь. Давайте помиримся: мы проставимся единоразовой бочкой пенника вашему начальству, а вы за это раз и навсегда оставите разговоры про то, как у вас увели вашу нефть, люминий и прочий чугуний, и не будете больше беспокоить нас вяканьями о том, как бы это в это ваше общенациональное распоряжение вернуть обратно. И ваши хаши окончательно будут наши с вашего кагбэ согласия. Лады?". Явлинский придерживается той же идеи и уже объясняет, что это он, он ее и придумал, его мыслЯ! - http://gr-yavlinsky.livejournal.com/38165.html - но почему-то говорит, что Прохоров резко против, а Прохоров тоже высказывался за, Явлинский просто пропустил).

Но если от Ходорковского эту идею НовоГазетные борцы за свободу еще готовы были для порядку выслушать молча - то от Путина они уж это не стерпели, тем более чтоCollapse )

Надо бы как-то успокоить "Новую Газету" - не соберется. А то ведь помрут от огорчения - и кто тогда будет работать у начальства баттхёртом? Тем более, что предпохоронные марши на тему: "Да что ж это такое? Вражина-то не сдается???? Да как она смеет? Ратуйте, громадяне, это что ж такое получается?" и в самой "Новой" заиграли Collapse )

В общем, беспорядок в обозе, напоминающий бессмертное бунинское:

"В газетах остервенелая чепуха, свидетельствующая о настоящем ужасе этих тварей. <<Мы оставили Константиноград... Харьков занят бродячей бандой... Занятие Харькова не дало Деникину ожидаемых результатов... Мы оставили Корочу... Мы оставили Лиски... Противник оттеснил нас западнее Царицына... Мы гоним Колчака, который в панике... Румынское правительство мечется в предсмертной агонии... В Германии разгар революции... В Дании революция принимает угрожающие размеры... Северная Россия питается овсом, мхом... У падающих и умирающих на улицах рабочих в желудках находят куски одеял, обрывки тряпья... На помощь! Бьет последний час! Мы не хищники, не империалисты, мы не придаем значения тому, что уступаем врагу территории>>..."

Человек, которому хотелось.. - 7

Человек, которому хотелось.. - 7. Религиозные и политические мнения Леонида Ильича Брежнева (продолжение. Предыдущее см. http://wyradhe.livejournal.com/226034.html ).

Репрессии "за антисоветчину" и Брежнев.

На эту тему у Леонида Ильича были вполне продуманные взгляды, явственно видные из его действий и воспоминаний о нем. Целесообразно сначала изложить их в сводном виде, а потом демонстрировать их проявления в реальности. Взгляды эти определялись сочетанием четырех компонентов. С одной стороны, преступления Советской власти против жизни и собственности людей сам Брежнев считал преступлениями не меньше, чем любые диссиденты (а на самом деле и БОЛЬШЕ, чем немалая их часть, вполне принимавшая Октябрь) и уж точно он считал их преступлениями в намного большей степени, чем наши дорогие прогрессивные вольнодумцы а-ля "Новый мир" , Вознесенский и пр.; к комиссарам 1918 года в пыльных шлемах Окуджава, пожалуй, относился лучше, чем Брежнев. Карать людей за действия, проистекавшие от возмущения этими преступлениями, - которые и по Брежневу были преступлениями - выходило делом очень непригожим. Карать их за само выражение этого возмущения - совсем уж скверным. Кроме того, Брежнев вообще полагал недопустимым сажать за мнения и за частные разговоры - уж оправданные там по мотивам или нет.
С другой стороны, пресекать антиправительственную публичную деятельность, с каким бы правым негодованием люди на этот путь не вставали, он считал нужным уже и по делу (иной вопрос, КАК пресекать, с какой степенью суровости - и с какого уровня самой деятельности пресекать), а идею вводить демократию и свободу полагал - тут уж вполне справедливо - злотворным безответственным безумием.И, наконец, независимо от его личных принципов на этот счет оставалось считаться с реальностью - с позицией верхушки и элиты в целом. Как заметил однажды сам Брежнев, Политбюро и так принимало лишь одно из трех его предложений (вовсе не по вопросам либерализации, а вообще). Операцию по высылке Солженицына они с Андроповым проводили на грани фола, по правилам тайных операций и интриг, поскольку большинство Политбюро твердо желало его посадить, а вовсе не высылать. В этих условиях он был весьма ограничен в проведении своего взгляда на дело, и достойно внимания, что резкое снижение количества и ослабление самого качества репрессий за антисоветчину он тем не менее поставил одним из своих ключевых приоритетов - и так-таки смог продавить (причем продолжал это ослабление и на протяжении всех 70-х гг.), хотя большинство Политбюро в первые семь лет его генсекства активно желало прямо противоположного, а именно существенного ужесточения репрессий.

Соответственно сказанному, к антисоветскому инакомыслию и к диссидентской Collapse ) Остальным высылаемым, видимо, вообще нечасто приходили в голову вопросы на эту тему. Оно и к лучшему, потому что в правильный ответ (заключавшийся в том, что Брежнев считал настолько скверным делом их сажать после всего происшедшего в стране, что и высылку их на хлеба и службу супостатов считал намного лучшим выходом, хоть для СССР оно и было намного вреднее политически; вдобавок он считал, что вообще-то скверно - хоть и приходится это делать - удерживать в стране людей против их воли, см. ниже) они бы просто не поверили.

Фактическая сторона дела выглядела так (здесь и ниже в число посаженных за антисоветчину -то есть по антисоветским статьям - включены те, кто был повергнут принудительному психиатрическому лечению в связи с обвинениями по этим статьям, то есть включая политические жертвы "карательной психиатрии").

При Хрущеве в 1956-1960 сажали по антисоветским статьям в среднем по 458 человек на 100 млн. населения в год (далее мы будем приводить именно этот коэффициент - число посаженных на 100 млн. населения в год) - всего за эти 5 лет свободы после XX съезда посадили 4676 человек, особенно много из них в 1957 году (1964 человека) и 1958 году (1416 человек). 50-60 процентов из посаженных садились просто за разговоры. В 1961-1964 размах репрессий резко снизился - всего посадили 1052 человека, то есть 95 (в среднем) человек в год на 100 млн. Большая часть членов Политбюро решила, что это недопустимо низко, и Шелепин с Семичастным после переворота 1964 года для приведения страны в чувство просили на первое время лимит на 30 000 посадок за антисоветчину. Им не дали сразу, и начались медленные перетягивания каната на эту тему - а пока Брежнев сбросил уровень посадок за антисоветчину более чем в десять раз. В 1965 посадили 20 человек (коэффициент - 9 человек в год на 100 млн.). В частности, Брежнев в первые же годы правления провел замену строго-репрессивной системы "профилактической", когда при доносах по поводу антисоветских разговоров, кружков, распространении и размножении антисоветской литературы дела на человека не возбуждали, а вызывали его в КГБ и вели с ним беседу угрожающе-увещевательного характера - "профилактировали" его. Например, в 1967 за антисоветскую агитацию и пропаганду были проведены действия по 12 с лишним тысячам человек, признанных виновными в ней; из них 103 было привлечено к соответствующей уголовной ответственности, а остальные более 12 тыс. - просто подверглись "профилактической беседе", им погрозили пальцем, высказали угрозы на будущее в случае повторений - и все. При Хрущеве из них села бы добрая 1000 человек. С 1967 по 1971 г. только антиправительственных кружков ("антисоветских группирований") было обнаружено 3096, профилактировано было подавляющее большинство из их участников (13 602), посажено подавляющее меньшинство. Была введена новая статья за антисоветизм (190-1), значительно более мягкая, чем старая (70-я). Наконец, с самого 1965 была введена новая политика, по которой "просто за разговоры" сажать было отныне нельзя. Collapse )

Итак, в первые же годы после прихода к власти Брежнев смог существенно снизить уровень политических репрессий позднехрущевского времени, а в десятилетие наибольшей своей концентрации власти (1971-1982) он этот уровень снизил еще примерно вчетверо (в 1961-1964 К = 95/100 млн., в 1968-1970 К = 73/100 млн., в 1971-1975 К= 64/100 млн., в 1976-1980 К=26/100 млн.) к большому неудовольствию Андропова, который незамедлительно вернул его к показателям 1970 г. (при Андропове К >> 60/100 млн.). Collapse )

Мысль Брежнева про тетю Соню передавалась и в такой редакции: "Если тетя Соня в театре по-еврейски поговорит, то Советская власть от этого не рухнет".

2 be cont.