wyradhe (wyradhe) wrote,
wyradhe
wyradhe

Category:

Переписка этого, как его, Белячка, с этой, как ее, Нью Йорк Таймс

Переписка этого, как его, Белячка, с этой, как ее, Нью Йорк Таймс

https://www.nytimes.com/2018/08/14/style/white-guilt-privilege.html

По наводке semen_serpent_2. Оригинал см. по ссылке.
Некий не то тролль, не то Новый Человек пишет в редакцию Нью-Йорк-Таймс. Не какого-то листка лиги афробелотрансгетероинвалидовнавсюголову из Малахоффки, штат Айдахо. И ему отвечают.

Привожу перевод.

ЧТО Я МОГУ СДЕЛАТЬ, ЧТОБЫ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ МОЕЙ БЕЛОЙ ВИНЫ?
Есть такое дело: привилегию можно использовать для добра.

КАРТИНКА: https://static01.nyt.com/images/2018/08/16/fashion/16SWEETSPOT/16SWEETSPOT-jumbo.gif?quality=90&auto=webp

- Я пронизан стыдом. Белым стыдом. В этом нет пользы ни для меня, ни для других, особенно для людей цвета. Я чувствую себя так, как будто нет вообще никакого «меня» за пределами моей белой / высшее-средне-классовой / цисгендерной идентичности. У меня ощущение, что буквально само мое существование вредит людям, как будто я все время занимаю пространство, которое должно бы принадлежать кому-то другому.
Я считаю себя другом [людей цвета]. Я изучаю правильный этикет, читаю писателей – людей цвета, голосую так, чтобы не повредить людям цвета (и другим уязвимым людям). Я подвизаюсь в разговорах о привилегированноcти с другими белыми людьми. Я прохожу курсы, которые продвинули бы меня еще дальше. Я жертвовал на движению «Черные жизни имеют значение!» Но я боюсь, что, что бы я ни сделал, все недостаточно. Часть моего страха исходит из того, что привилегия невидима для самой себя. Что, если я делаю или говорю нечто неотзывчивое [на проблемы и чувства цветных «непривилегированных», это новязное употребление слова insensible], не осознавая этого? Вдобавок я сейчас погружен в самую белую среду, в которой я когда-либо был. Моя семья жила в одной и той же квартире в Восточном Гарлеме в течение четырех поколений. Каждая школа, в которой я учился, от начальной до старшей, была школой с белой меньшинством, но сейчас я посещаю элитный частный колледж, который на 75 процентов из белых. Я знаю, каков я на самом деле, но я понимаю, как люди воспринимают меня, и это восприятие кажется несправедливым.
Я не обсуждаю свои чувства, потому что это было бы трудно оправдать во времена, когда люди цвета умирают из-за системного расизма, а завести разговор о моих проблемах значило бы вновь возвести белизну в центр внимания. Тем не менее все это вместе заставляет меня чувствовать экзистенциальный гнев, с которым мне сложно справляться, потому что я не знаю своего места. Вместо того, чтобы использовать мою привилегию для большего блага, я свернулся калачиком в собственном стыде. Как я мог бы стать большим, чем мои унаследованные черты?
Белячок.

Стив Олмонд: Стыд и гнев - это сильные эмоции, Белячок. И все же ваша главная борьба идет вокруг идентичности. Вы пишете, что не знаете своего места. На самом деле ваше письмо описывает ваше место как своего рода тюремную камеру, созданную привилегией. То, что вы действительно чувствуете, заперто в ловушке идентичности, которая помечает вас, неизбежно, как угнетателя. Я думаю, что это чувство особенно обострено сейчас из-за того, что вы внезапно погрузились в среду, которая отражает вашу привилегию вам в глаза. Мы живем в культуре, погруженной в белое превосходство и классовый фанатизм, а также патриархальные ценности. Но устранение этой несправедливости заключается не в том, чтобы погрязнуть в ненависти к себе. Вместо этого прислушайтесь к словам писателя (ф-еминистки) «белл хукс» (Глория Уоткинс): «Привилегия сама по себе не плоха; важно то, что мы делаем с привилегией », - пишет она. «Мы должны делиться своими ресурсами и руководствоваться тем, как использовать нашу привилегию таким образом, чтобы дополнительно наделять возможностями доступа тех, у кого ее не хватает». Вы не можете наделять возможностями доступа других просто тем, чтобы лишать их себя.

Черил Стрэйд: Я думаю, что Стив попал в точку, когда подметил, что ваше беспокойство обострилось из-за того, что расовое соотношение в вашем колледже отражает вашу привилегию вам в лицо, но я пойду еще дальше: я подозреваю, что вы действительно столкнулись с этим впервые. Вы выросли в таких местах и посещали такие школы, где вы были одним из немногих белых. Возможно, ваш статус ситуационного расового меньшинства дал вам иллюзию, что у вас не так уж много расовых привилегий. Теперь, когда вы в сообществе, на 75 процентов белом, что примерно соответствует составу американского населения в целом, вы чувствуете в полную силу, что значит быть белым в культуре белого превосходства, и это заставляет вас чувствовать себя некомфортно, потому что до сих пор в силу некоей бессознательности вы избегали этого чувства. Вы были «хорошим белым человеком», потому что вы выросли среди людей цвета. Теперь вы - еще одно белое лицо в толпе таких же лиц в вашем элитном колледже и вам стыдно за это.

Стив: Как гетеросексуальный белый мужчина, воспитанный двумя профессионально работавшими людьми в американском пригороде, я знаю, что с рождением я вступил в исключительно привилегированную жизнь. Но я не всегда это понимал. Мне потребовалось много лет, чтобы начать понимать эти преимущества как незаслуженные, как продукт коррумпированной системы, сложившейся в мою пользу. Подъем политиканов и демагогов, которые способствуют белому превосходству, женоненавистничеству и расизму, частично является попыткой привилегированных отвергнуть эту правду. Они создали экстатический культ виктимизации и подают стремление к справедливости как нападение на их «я». Но нация, основанная на идеале равных возможностей, никогда не выполнит свою миссию, если те, кто обладает властью, не выступят против их привилегии. Возьмитесь за эту миссию, и вам станет легче принять самого себя как нечто исходно испорченное, но освятившееся. Вы не можете изменить историю, в которой вы родились, Белячок. Но вы можете быть тем, что Глория Уоткинс называет «радикальным визионером», который использует привилегии для обнаружения и определения действительно равноправных стандартов. Ищите дела, и группы, и кандидатов, которые ответят вашему видению Америки – тому видению, в котором жизнь бесправного значит больше, чем чувства белых людей. В наш век легко понять тягостные чувства. Действие – вот то, что требуется.

Черил: Вы спрашиваете нас, как вы можете быть большим, чем то, что вы унаследовали, Белячок, но то, что Стив и я предлагаем Вам – это что вам нужно для начала овладеть этим наследством. Как вам хорошо известно, ваша расовая принадлежность предоставила вам привилегии, которых были и остаются лишены люди, не являющиеся белыми. Это относится ко всем белым людям в Америке, независимо от того, каково было расовое соотношение там, где они выросли, независимо от того, сколько денег было у их семей, независимо от того, насколько тяжело или легко пришлось им в жизни.. Каждому белому человеку должно быть стыдно за эту несправедливость – но не за то, что он белый, это другое.. Вам не нужно отказываться от своего наследия, чтобы быть другом людей цвета, Белячок. Вы должны отказаться от своей привилегии. И часть того, чтобы научиться, как это сделать, - это принять осознание того, что стыд, гнев и чувство, что люди воспринимают вас, по вашему мнению, неверно или несправедливо, - все это часть того, что вы, я и все белые люди должны претерпеть, чтобы демонтировать ядовитую систему, которая на протяжении веков увековечивала белое превосходство. Эти болезненные и неудобные чувства – вовсе не они являются проблемой, которую нужно решить, или раной, которую нужно исцелять. Расизм – вот эта рана и эта проблема.

***

ПАРОМ НЕ ЕСТЬ ГЛАВНЫЙ ФАКТОР! РЕШИМОСТЬ - ВОТ ГЛАВНЫЙ ФАКТОР! (неуклонный борец с еврейской белой привилегией, лето 1943 г.)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 68 comments