wyradhe (wyradhe) wrote,
wyradhe
wyradhe

Categories:

Об объективации от главных дилеров, или Попецители из вокабуляра братьев Чеховых

Об объективации от главных дилеров, или Попецители из вокабуляра братьев Чеховых
(warning - начиная с заглавия, употребляется vulgar speech!)

В традиционной китайской идеологии было замечательное рыбье слово - "непочтительность" как великий порок и зло.
Покрывалось им что угодно, для того оно и было надобно.

Осквернить и ограбить гробницу императора - "непочтительность".
Сын в ответ на мелкое замечание отца его ударил сапогом в живот - "непочтительность".
Сын не стал подчиняться приказу отца, сколь угодно отвратному и злостному - "непочтительность".
Кто-то сказал, что император издал ошибочный указ - "непочтительность".
Попросить самым смиренным образом начальника о том, чтобы он разрешил передохнуть, если вымотался от работы - "непочтительность".
Если высший проявил несправедливую жестокость к низшему, но сделал это в пределах своих законных полномочий, то говорить об этом иначе как о законной каре - "непочтительность".
Колесничие, отдавая честь царю при проезде мимо него, всего лишь соскакивают с колесниц, кланяются и вскакивают обратно, а не отбивают поклоны долгое время, останавливая колесницы - они проявляют непочтительность, а он им это разрешает (или наоборот: он ввел церемониал, недолжный по непочтительности, а они его исполняют, так что тем самым оказывают непочтительность, легкомыслие и своеволие. Впрочем, попробуй они вопреки введенному им церемониалу останавливать колесницы, тоже была бы непочтительность).
Пить вино и есть мясо или играть свадьбу и устраивать веселье в течение двух с лишним лет после смерти императора - "непочтительность".
Потом приходит Вэнь-ди, говорит в своем предсмертном эдикте, что все это злостный античеловеческий идиотизм, сокращает траур с двух лет до трех дней, а мясо и вино и пр. разрешает и в эти дни. И зарабатывает одним этим себе репутацию на века вперед у китайского народа, сочинившего и употреблявшего далее пословицу "Вэнь-ди заменил месяцы днями" (смысл: не было ни гроша, да вдруг алтын, счастья привалило). И сразу выясняется, что это закон был изуверский, а не пить вино было непочтительно. А не было бы Вэнь-ди - оно и дальше было бы великим злом непочтительности.

И т.д.

И нельзя сказать, чтобы во всех этих случаях не было чего-то общего, что можно назвать "непочтительностью". Злостное шулерство, однако, тут ясно: это общее само по себе непредосудительно, однако объявлено злом - с отсылками на случаи, где оно действительно соположено злу (или слито с ним), вроде осквернения гробниц и избиения отца - чтобы можно было внаглую наказывать и порочить людей за непредосудительные вещи, где это общее тоже присутствует.

Аналогично все эти совдепские "антиобщественные настроения/проявления", "противопоставление себя коллективу", "ячество", "вещизм" и пр. Я покупаю у спекулянта джинсы - вещизм. Я просто сильно хочу джинсы и радуюсь, их достав легальнейшим и по совдепским правилам образом - все равно вещизм. Человек, не зараженный скверной вещизма, не стал бы вообще занимать свои желания этими джинсами. Ради обретения джинсов я зарезал собственную бабушку и еще 5-6 посторонних существ - тоже и тут вещизм.

"Объективация" - это ровно то же самое, только наглее и бредовее. Вот "определение" - подробнейшее, с совершенно конфуцианской росписью аспектов! - объективации от главных теоретиков по вопросу. Ср. 40-страничный трактат тов. Нуссбаум (а вот и нет, в девичестве-то она Крэйвен - Уоррен, а ви уже подумали...? ) - https://sci-hub.tw/10.1111/j.1088-4963.1995.tb00032.x

Выжимка и дополнения:

Martha Nussbaum (1995, 257) has identified seven features that are involved in the idea of treating a person as an object:

instrumentality: the treatment of a person as a tool for the objectifier's purposes;

denial of autonomy: the treatment of a person as lacking in autonomy and self-determination;

inertness: the treatment of a person as lacking in agency, and perhaps also in activity;

fungibility: the treatment of a person as interchangeable with other objects;

violability: the treatment of a person as lacking in boundary-integrity;

ownership: the treatment of a person as something that is owned by another (can be bought or sold);

denial of subjectivity: the treatment of a person as something whose experiences and feelings (if any) need not be taken into account.

Rae Langton (2009, 228–229) has added three more features to Nussbaum's list:

reduction to body: the treatment of a person as identified with their body, or body parts;

reduction to appearance: the treatment of a person primarily in terms of how they look, or how they appear to the senses;

silencing: the treatment of a person as if they are silent, lacking the capacity to speak.

Перечень, конечно, можно было бы и продолжить еще 20 или 120 аспектами, но корифеи ограничились этим.

***

Прелесть в том, что все эти новоязно-бредовые формулировки не значат ничего, кроме того, что граждане собрали тьму произвольных предлогов для того, чтобы вопить, как их оскорбили и угнели, мама, мама, он меня сукой назвал / объектифицировал (собственно, это "мама, он нас посчитал!" - вот это чистая объектификация, счетчика они интересовали не как личности, а как считаемые объекты). Все формулировки покрывают при желании и нечто очень плохое, и нечто совершенно хорошее / не-упрекаемое, - чтобы можно было напуститься на второе с применением этих формулировок, окруженных одиумом по наведению от первого.

Что означает этот бред - treatment of a person as a tool for the objectifier's purposes или
treatment of a person as lacking in autonomy and self-determination? Какие конкретно тритменты подпадают под этот волапюк, а какие нет? Если это можно определить, то можно ли выразить это же разграничение / мысль на нормальном языке? Нет, потому что тогда окажется, что никакой мысли нет, а есть мошенническое придумывание безразмерной совы, натягиваемой на любой глобус.

Возьмем
ownership: the treatment of a person as something that is owned by another (can be bought or sold)
объективация в аспекте собственничества: обращение с человеком как с чем-то, что принадлежит другому (может быть продано или куплено)

Так какое именно обращение с человеком под это подпадает?

Я нанимаю Иванова, чтобы он мне обои поклеил, и требую, чтобы он их переклеил, если поклеил криво - это оно или не оно? Если оно, что тут плохого?

Миссис Джулия Ламберт вкладывает деньги в некоего человека, чтобы он с ней крутил роман - это оно или не оно? Если оно, где тут предмет для попреков?

Миссис Джулия Ламберт просто вызывает парня по вызову, дабы он ее развлек, и платит ему за это деньги - это оно или не оно? Если оно, где тут предмет для попреков?

Миссис Джулия Ламберт вызывает педикюршу или идет к дантисту, и те копаются за деньги в ее ногах и зубах - это оно или не оно? Если оно, где тут предмет для попреков?

Телефонистка Петрова привлекает приглянувшегося ей физически воина Иванова, чтобы он утолил такие-то ее похоти как, это самое, сексуальный объект, а в обмен предоставляет ему утолять такие-то его похоти с  нею, как, это самое, с сексуальным объектом, приглянувшимся ему физически, то есть это чистая покупка (только тут натуральный обмен, а не обмен денег на натуру)  - это оно  или не оно? Если оно, где тут предмет для попреков?

Барон Иванов и вдова баронесса Петрова, урожденная Сидорова, вступают в брак по подразумеваемому обоими соглашению, что она ему будет посильно готовить суп и с ним спать, считая это своей относительно него обязанностью, а он будет ее содержать, тоже посильно, выдавая ей такую-то долю от зарплаты,  считая это своей относительно нее обязанностью, и просто "я не в настроении" не будет основанием ни для одной стороны для отлынивания от того, что в эту обменную сделку натурой входит как обязанности, - это оно или не оно? Если оно, где тут предмет для попреков?

Или "оно" - это, например, когда я не просто нанял клейщика обоев, а еще и полагаю, что раз я плачу ему деньги, я имею моральное право с ним обращаться как угодно (по крайней мере на время его работы)?

Или "оно" - это, например, когда я считаю, что я могу неким материальным вкладом в человека (или во что-то еще) получить моральное право обращаться с этим человеком (или любым иным) как угодно, что такое моральное право можно купить?

Или "оно" - это когда я считаю непредосудительным, купив такое юридическое право (если я, скажем, римлянин и купил раба), использовать это право по своему произволу, то есть хоть для развлечения его на куски распилить?

Неизвестно. Набор слов в этом определении не позволяет ответить, что из перечисленного под него подпадает. А никаких не-произвольных, не просто по ндраву говорящего ад хок выдаваемых пояснений к этому лошадиному определению нет. И так все.

reduction to appearance: the treatment of a person primarily in terms of how they look

Что значит это шаманское бормотание: ОБРАЩЕНИЕ С ЛИЧНОСТЬЮ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ IN TERMS ТОГО, КАК ОНИ ВЫГЛЯДЯТ?
Сказать "Красивый парень Мишка, я бы с ним зажгла!" - это оно или нет?
А просто сказать "Красивый парень Мишка", и ничего к этому не прибавить, характеризуя этого Мишку подруге - оно или нет?
А сказать "я стараюсь избегать общения с Петровым, у него на лице язва незаживающая, так что смотреть страшно, и поэтому я стараюсь с ним не пересекаться" - это оно или нет? Тут, можно сказать, целая стратегия поведения по отношению к личности прямо задана тем, что у него с физиономией, не будь той язвы, героиня не старалась бы с ним не пересекаться! И что? Она нравственно обязана не стремиться с ним не пересекаться, что ли?
Сватается Иванов к Сидоровой, она ему отказывает, тк он ей с лица не нравится, - ну не вызывает он у ней влечения, уже в силу внешности его. А она замуж хочет за того, кто, в частности, вызывает у нее означенное влечение, вот такая она развратная Мессалина, а не то что был бы только человек хороший. У Иванова вся жизнь ломается, он Сидорову без памяти любит, получив отказ, идет и вешается - или начинает поддерживать с горя аннексию Крыма, неизвестно, что духовно хуже. Это она с ним ПРАЙМАРИЛИ обратнулась ИН ТЁРМЗ того, как он выглядит, или нет?

Или праймарили обращаться ин тёрмз того, кто как выглядит, - это говорить Иванову в лоб: ты чего ко мне подкатываешь со своими глазками свинячьими, ты себя в зеркале видел?

Или и то, и то, и то из вышеперечисленного? "Не дает ответа". Какая ночь!.. и среди этой ночи какая обоюдоострость! ...

"И всё у них так". "Такое обращение с персоной, как будто у нее недостает автономии и самоопределения"! Так какое - такое?! И это один из _определенных видов/аспектов_ объективации! Да в каком сумасшедшем доме, кроме помойки новоевропейской (ок. 1800--) гуманитарной культуры, вдобавок в ее бобочно-бормочущем обломочно-конгломератном состоянии (с конца 20 века) можно с этим выходить на публику? И чего стоит такая публика, которая с этим "работает" (имею в виду именно тех, кто с этим работает), и каким издевательством над здравым смыслом явился бы комментарий, что это реакция на некое зло, чинимое третьими лицами, а не в первую, вторую и третью очередь реализация собственной, оригинальной злостности всех этих Нуссбаум и носителей этого дискурса?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments