wyradhe (wyradhe) wrote,
wyradhe
wyradhe

Categories:

Ребенок с вагонеткой: упрощенное логическое древо

Ребенок с вагонеткой: упрощенное логическое древо

В контексте обсуждений тем, затронутых в предыдущих постах (обсуждений не только в ЖЖ), мне так часто поминали детей, надрывавшихся на катании вагонеток в шахтах при капитализме 19 века, что я счел полезным неким образом откомментировать этот мем (а используется оно именно как мем; живого чувства в адрес этих детей у обсуждаемых обобществителей-ТМ [на всякий случай: нет, это вовсе не все сторонники соцгарантий и ограничений частной эксплуатации; означенные вещи отнюдь не подразумевают обобществительства-ТМ и даже вообще какого бы то ни было обобществительства, пусть и не ТМ-ного - разнице между всеми этими вещами будет посвящен отдельный нудный экскурс] - ровно столько же, сколько у нацистов-ТМ - в адрес страданий немецкого народа от кризиса и версальского диктата. Причем я не хочу сказать, что это-де в обоих случаях ноль живого чувства; я не телепат, да и не очень интересен мне состав чувств лиц обеих названных категорий - по одним и тем же причинам. Так что я охотно признАю, что оно в обоих случаях ненулевое живое чувство, и Прудон, Маркс и Штрейхеры с Заукелями и фюрером во главе очень жалели голодающих безработных. Просто оно вот такое своеобразно и одинаково живое чувство - в обоих случаях).

Итак, вот у нас имеется надрывающийся ребенок с вагонеткой. Что в этом плохого? То, что он несет такое-то весьма большое страдание (оценим его в 100 страдательных баллов условно), потому что иначе - из-за того, что вот такая сложилась рыночная конъюнктура - он вообще с голоду помрет. Его же семья не потому послала работать в шахту, что вот такая у него пакостная семья, а потому, что в силу сложившейся на рынке ситуации его батюшка не получает достаточной зарплаты на его прокорм, - или вообще не выдерживает с ним, ребенком, конкуренции за рабочее место и не имеет потому зарплаты вовсе, так что ребенку остается кормить себя самому.

Далее идет первая логическая развилка. Решение I-А: "Жалко, конечно, бедного, но раз никто силой его не гонит на шахту, раз дилемма "загибайся медленно на шахте или быстро от голода" создана Невидимой Рукой Свободного Рынка, то общество принудительными мерами вмешиваться не должно, - пусть ему помогают по своему желанию частные и общественные благотворители, и все". Такое решение диктуется фритредерским вариантом религии "антихалявства" - как же-де можно ему помогать принудительно, то есть отрезать в его пользу принудительно долю от куска кого-то другого (*) за так, на халяву?! (* Ибо чем еще-то ему помочь? "Естественным, не-принудительным" путем ситуация сложилась для этого ребенка как раз в ту самую дилемму "шахта или умирай с голоду"; пособить тут можно только перенаправлением на этого ребенка - самыми разными способами - неких средств, которые предназначались для иного, и средства эти - это именно средства других людей, у самого ребенка средств на это нет, иначе он и не был бы в обсуждаемом положении).

Решение I-Б. "Испокон веков общество считало своей обязанностью принудительно взимать со своих членов ту или иную долю их кусков и возможностей, чтобы оказать пособление тем членам общества, которые попали (по крайне мере без своей вины в этом) в ситуацию определенного уровня бедственности по неудачному для них стечению обстоятельств; либертарианцы-фритредеры из своей изуверной ненависти к халяве и реквизициям совершенно напрасно вычеркивают из списка этих ситуаций неурожаи или неблагоприятную рыночную конъюнктуру".
При этом ясно, что какую именно долю с менее бедствующего А можно принудительно сгрести на помощь более бедствующему Б, - это вопрос из серии "без поллитры не разберешься", но уж одно при этом самоочевидно: с А недопустимо стащить на помощь бедствующему Б столько, чтобы в результате у самого А осталось меньше, чем оказалось у Б (далее - условие N).
Указанное пособление, конечно, вовсе не обязано идти в форме выплаты денег или раздачи супа бедствующему Б из бюджета. Оно может идти и в иных формах - от вручения Б не рыбы, а удочки, или от установления минимальной оплаты труда или иных способов регулирования рынка и найма - до вложения госсредств в операции, имеющие в качестве последствия повышение спроса на рабочую силу. Общее тут одно: некие средства, взятые с иных лиц, тратятся так, чтобы Б от этого вышло облегчение его ситуации.

Следующая от I-Б развилка определяется тем, что страдания бывают разные. Обсуждаемый ребенок с вагонеткой находится в ситуации, когда ему надо либо страдать на 100 баллов, либо попасть в еще худшее положение, чем это 100-балльное страдание. Топ-менеджер, получающий з/п в миллион долларов за, допустим смеха ради, два часа непыльной работы в год, тоже страдает - ему надо либо тратить два часа на непыльную работу, либо попасть в еще худшее положение, чем с этой тратой энергии на эти 2 часа в год. Оценим страдание от необходимости тратить два часа в год либо оказаться еще в худшей ситуации в 0,001 балла по той же шкале.

Развилка здесь такая: надо ли отрезать кусок от А в пользу страдающего Б при любом уровне его страдания, соблюдая лишь условие N (решение I-Б-1), или лишь при таком-то порогово высоком уровне страдания Б (решение I-Б-2)? То есть если у нас топ-менеджер Б страдает от необходимости в лучшем для него случае тратить два часа работы в год и получать за это миллион долларов, то надо ли срочно искать некоего А, которому еще лучше/менее хуже (он работает час в год и получает за это два миллиона), и отрезать от него куски в пользу Б, пока мы не упремся в условие N, или все-таки не надо?
Если надо - то мы автоматически получаем требование непрерывного передела всех кусков и благ, произведенных и добытых разными людьми, поровну (с коэффициентами, возможно, на рост, вес и пр.:)). Этому и равносильно решение I-Б-1. (Заметим, что это не обязательно обобществление хозяйства, это только раздел поровну всей совокупной продукции). Очевидная абсурдность и несправедливость такого решения снимает его с рассмотрения.

Итак, выходим на решение I-Б-2: при некоем пороговом уровне вызванных бедственными обстоятельствами страдания лица Б общество взимает определенную (понятно, что не основную) долю кусков других членов общества в пользу Б для вспоможения ему подняться выше указанного порогового уровня, при соблюдении, в частности, условия N (чтобы тот, у кого взяли кусок на помощь Б, не остался от этого взимания в более бедственном положении, чем оказался в итоге этой операции сам Б).

В таком случае имеем третью развилку: считать ли обсуждаемую 100-балльную бедственность ребенка, надрывающегося в шахтах, достигающей искомого порогового уровня, при котором общество должно вмешиваться с принудительным переводом средств на помощь ему в выходе из этой ситуации (I-Б-2-б), или считать, что она этого уровня не достигает (I-Б-2-а) - так что никакой принудпомощи тут и не будет? Одними гуманными воплями на тему "вы посмотрите, ему же ОЧЕНЬ ПЛОХО!" здесь никак не отвертишься, поскольку если уж мы поневоле ввели правило о пороговом уровне страдания, на помощь которому взимается кусок, то надо хоть как-то обосновать, почему этот пороговый уровень надо проводить именно ниже данного "очень плохо", а не выше. Для такого обоснования по определению недостаточно констатации того, что имярек страдает или очень страдает. Механизмы такого обоснования, разумеется, аморфные, в любом обществе имеются; результаты его, естественно, спорны и условны (как и все вопросы меры).

Допустим, мы приняли, что при текущем уровне экономики и общего богатства пороговый уровень бедственности, задающей взимание средств на пособление страдающему, таков, что страдание обсуждаемого ребенка в шахте под это дело подпадает.

Ура, - итак, ему окажут пособление в его бедствиях за счет других людей.

Способов такого пособления - тьма-тьмущая. Могут применяться введение минимальной з/п; установление пороговых условий труда; запрещение нанимать на такой труд малолетних (эта мера должна обязательно предваряться проверкой того, а не приведет ли это к тому, что обсуждаемого ребенка просто не наймут - это же теперь запрещено, - но отца его при этом тоже не наймут, - такая вот конъюнктура, - так что этот ребенок не выиграет, а еще больше проиграет; и если это так, то надо принимать дополнительные меры, которые предотвратят или скомпенсируют такой исход); стимулирование создания новых рабочих мест или просто учреждение оных за госсчет, включая общественные работы; выдача подъемных на переселение в колонии, где можно взять землю; раздача и пропаганда предохранительных средств и планирования семьи - ведь ребенок этот часто берется вовсе не от жажды родителей его завести, они часто и сами не рвутся "плодить нищету", но и целибат по этому случаю не собираются на себя накладывать; и.. и... и.. - в том числе в сочетании.

И вот на этом фоне возникает обобществитель Сидоров и предлагает такой способ вспоможения обсуждаемому ребенку (и требует этого и только этого способа): отобрать шахту, на которой он вкалывает, у шахтовладельца в казну, и то же самое сделать со всеми срвами прва, а дальше уж казна положит условия труда и з/п, которые избавят обсуждаемого ребенка от его бедствия!

Ничего себе! Почему из миллиона способов помощи данному ребенку за счет других членов общества Сидоров выбрал именно этот, особо грабительский? Почему он требует именно этого способа, как будто других нет? Способ-то, помимо того, что грабительский, еще и означает заезжать в Москву из Тулы через Оклахому! С чего вообще Сидоров взял, что государственная казна положит условия этим шахтерам лучше, чем частник клал? Ну кроме камланий на тему о том, что в народном социалистическом государстве казна ужо будет думать только о благе трудящихся на казну? При товарище Сталине в 30-х норма эксплуатации работников была ощутимо тяжелее, чем при Империи, в 1970-х - ощутимо легче - но только если не включать в эксплуатацию то, что колбасник рабочий Петров кормил не только бюрократа, но и танкостроителя рабочего же Водкина, а если и это включить - так ведь и в 1970, глядишь, норма эксплуатации того, кто производил реально нужные вещи, окажется выше, чем при империи была, это еще посчитать надо (уровень жизни при этом все равно был больше, чем при империи - так это в технологии упирается). А социалистический общественный строй одинаково был и в 1935, и в 1975. Далее, с чего Сидоров взял, что казенное / обобществленное хозяйствование не обрушит сам уровень производства, так что даже при желании пособить ребеночку куском общего пирога - пирог-то усохнет вместе со всеми возможностями выделять куски. Может, бедный Сидоров в 1848 не мог предсказать, что казенка менее эффективна из-за меньшей заинтересованности, может, это послезнание? Да с такими байками только современные наиболее безграмотные апологеты обобществителей могут подступаться к слушателям. Что ж Сидоров ксперименты не поставил для начала, чтоб это проверить, или не сравнил по чужому общедоступному опыту, с каким КПД идут дела у казенки и у частников? Далее, неужто Сидоров не заметил, что обобществить срва прва, отобрав их у собственников, - это не такое плевое, легкое и секундное дело, что это возможно только через великую смуту и слом, переворот всего хозяйства, в ходе которых кто-кто - а дети нынешних обездоленных поколеют с особо страшной силой, так что ребенка с вагонеткой, которому он якобы рвется помочь, он не спасет, а уморит. А хорошо придется каким-то другим, будущим детям - а этому, которого он якобы так жалеет, это готовит голодную смерть особо быстро. Далее... еще много тут далее.

Если так выбирать способы решения проблемы с этим ребенком, так почему бы не еще проще: а просто устроить этому ребенку, а равно и всем детям, коих родители не могут по рыночной конъюнктуре прокормить, не посылая их на тяжкий труд, - быструю безболезненную эвтаназию. Шахтовладелец тогда уж не сможет нанимать детей вместо взрослых, спрос на рабочую силу подымется, з/п ее вырастет и т.д. Чем этот способ хуже обобществительного? Номинально - только тем, чем убийство (применяемое в данном способе) хуже грабежа (применяемого при обобществоении), а реально так и этим не особо хуже, посколько для обобществления тоже придется совершить немало убийств, миром свое добро люди в обобществление не отдадут...

И, стало быть, вот на этом фоне я должен поверить, что Сидоров на обобществление запал от сочувствия к тому ребенку с вагонеткой? И что ужасы с этими вагонетками являются для Сидорова и этого его выбора смягчающими хоть на копейку? Или что они могут объяснять сам выбор Сидорова в пользу обобществительства?

Это за какого дурака меня/всякого надо было бы держать, чтобы приступать ко мне/всякому вот с _этим_? (Это не относится к моим собеседникам в моем ЖЖ - они мне, собственно, подобного и не говорили. Но вообще, вне моего ЖЖ - это звучит массово, а чтобы тут не звучало ни это, ни иная лапша на уши, да еще в товарных количествах, мне пришлось вводить "комменты только для френдов" и жесткий ценз самих френдов - уж таков состав новоевропейских образованных).

"Нет, благодарю вас, благодарю от всей души, но чувствую, что мне лучше остаться дома, потому что я щепетилен, гуманен, вспыльчив, и я не вынесу, если молодой мистер Рокфеллер, которого я так высоко ценю, поднимется на кафедру и примется подмалевывать Иосифа. Примите мои наилучшие пожелания" (Твен).
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments