wyradhe (wyradhe) wrote,
wyradhe
wyradhe

Category:

Ю.М.Лотман изобретает операцию над Пушкиным; и вообще надо подправить

Ю.М.Лотман изобретает операцию над Пушкиным; и вообще надо подправить

[Вопрос номер] 7. Почему Пушкин не стонал, когда он лежал дома перед смертью?
Eyewitness: selections from Russian memoirs. Donald Barton Johnson, ‎Albert Kaspin, ‎Mstislav W. Kostruba - 1971 [учебное пособие для изучающих русский язык], с. 41


Советское - значит отличное. От всего человеческого. (с) сержант Морозов, 1988.

Сначала фактический ход вещей, всем известный еще до войны (источники процитированы в http://wyradhe.livejournal.com/425508.html?thread=14649124#t14649124, http://wyradhe.livejournal.com/425508.html?thread=14649380#t14649380 ) . Пушкин был смертельно ранен 27 января; в течение длительного времени он не позволял себе даже стонать; перед рассветом, примерно в пятом часу утра 28 января боли усилились и дошли до крайней степени, но Пушкин по-прежнему сдерживал крики и только стонал, чтобы не напугать жену, бывшую в одном из соседних помещений; вызвали Арндта, который рекомендовал промывательное, лишь усугубившее боли, и лишь около 7 и после они утихли (Пушкину начали давать опий в качестве обезболивающего). На протяжении этого промежутка с 5 до 7-8 утра боли достигли такой степени, что Пушкин начал страшно кричать, и кн. Вяземская и Александра Гончарова проснулись (как писал Жуковский С.Л. Пушкину, а Вяземская потом рассказывала Бартеневу). По сообщению Жуковского (который при этом был), эти крики продолжались на протяжении двух часов, но Наталья Николаевна спала в таком изнурении, что не пробуждалась и ничего не слышала - проснулась она, когда Пушкин перестал кричать и снова лишь стонал, чтобы жена не услыхала. По сообщению А.И. Тургенева, которого там не было, крики продолжались десять минут.
Опий, который Арндт давал Пушкину, начиная с утра 28-го (точный час неясен), на некоторое время погасил боль. Утром 29-го, уже при Дале (который был при Пушкине примерно с двух дня 28-го), боли опять усилились, хотя не до такой степени, как сутки назад. В это время опять, по рассказу Даля, "он крепился усильно, и на слова мои: «Терпеть надо, любезный друг, делать нечего; но не стыдись боли своей, стонай, тебе будет легче», — отвечал отрывисто: «Нет, не надо, жена услышит, и смешно же это, чтобы этот вздор меня пересилил!» Он продолжал по-прежнему дышать часто и отрывисто, его тихий стон замолкал на время вовсе. Пульс стал упадать и вскоре исчез вовсе, и руки начали стыть. Ударило два часа пополудни, 29 января - и в Пушкине оставалось жизни только на три четверти часа".

Арндт обо всем этом сказал: "Я был в тридцати сражениях, я видел много умирающих, но мало видел подобного" - имея в виду твердость Пушкина в эти дни.

Что к этому можно добавить? Оказывается, можно: несгибаемому советскому литературоведению (не всему) потребовалось, чтобы Пушкин не кричал вообще, чтобы ни на какое время никакие боли не могли у него вырвать ничего, кроме стонов. А лучше, чтоб и не стонал. И в ряде трудов появились соответствующие прямые утверждения - и не кричал, и не стонал. Недотянул, видно, для них Пушкин - и стонал, и одно время даже кричал. Не надо такого знать о Пушкине советскому человеку. Правильный Пушкин звука бы не подал (настоящие индейцы под пытками, как известно, молчат вовсе) - значит, вот это до советского человека и доведем.

Почему-то в это дело включился Ю.М. Лотман, который вдобавок изобрел, что Пушкин в эти дни еще и перенес операцию (которой никто ему и не собирался делать и не делал) без наркоза. А также изобрел, что тогда не было никаких обезболивающих (наркоза не было, обезболивающие-то были, хоть и плохие, и к Пушкину их применяли).

Примеры (во всех примерах ниже речь идет не о каком-то отдельном отрезке предсмертных дней, а о них в целом, от начала до конца):

Согласно описанию Б.А. Шатилова (Пушкин. 1940. С. 252), Пушкин все мучения переносил и без стонов, и без криков.

Лахостский К.П. Александр Сергеевич Пушкин. Биография. Пособие для учащихся, 1964, с. 166
"Боли мучили Пушкина, но он, проявляя удивительное мужество, сдерживался, не стонал, послушно выполнял все указания врачей. 28 января и утром 29 января он с необычайным спокойствием и мужеством совершал свои... "

Лотман. Александр Сергеевич Пушкин. Биография писателя. 1981/1995.
"Пушкин не был человеком, которого могли победить обстоятельства. Позже, умирая, мучаясь от невыносимой боли (пуля раздробила тазовые кости и разорвала кишечник), он не позволил себе стонать: «...смешно же это, чтобы этот вздор меня пересилил!» — говорил он Далю". (И больше ничего о предсмертных днях дальше не говорится, так что читатель никак не поймет, что речь здесь у Даля шла только об утре 29 января. Пассаж твердо заявляет, что "не позволил себе стонать" на протяжении всего времени умирания. Кстати, тО, что у Даля тут же, в этом же пассаже про утро 29-го, говорится о тихом стоне, по временам прерывавшемся, тоже на автора впечатления не произвело - не стонал, и все тут).

Лотман. Учебник по русской литературе для средней школы. 2000. C.121 ( напр., здесь )
"Пуля Дантеса его смертельно ранила в живот. Он мужественно перенес мучительную и бесполезную операцию (никаких обезболивающих средств тогда не было). Он не стонал, чтобы не пугать жену и говорил, что не может допустить, чтобы боль пересилила его волю. 29 января 1837 г. он скончался."

("Никаких обезболивающих средств тогда не было" - это тоже совершенно неверно, повторюсь. Наркоза при операции не было, обезболивающие как таковые были [хотя не очень эффективные], в том числе опий, и Пушкину их давали).

Евгений Глушаков. Великие судьбы русской поэзии: XIX век, 2015
"Боли.. были невыносимы. Однако, зная, что за стеною в соседней комнате в полубессознательном состоянии пребывает его жена, Пушкин грыз подушку или до крови закусывал руку — только бы не стонать и тем самым не увеличивать её страдания".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 154 comments