wyradhe (wyradhe) wrote,
wyradhe
wyradhe

Categories:

Хитрый хохол Безбородко подает проект о представительном начале; литературные вкусы Федотова

Хитрый хохол Безбородко подает проект о представительном начале; литературные вкусы Федотова

В 1797 или 1798 г. двадцатилетний престолонаследник Александр делился своими филантропическими, конституционными и республиканско-ориентированными мыслями с Виктором Кочубеем, племянником Александра Безбородко. Он намекал также Кочубею на то, чтобы тот выяснил мысли на сей предмет своего знаменитого дяди.
Кочубей пошел спрашивать как бы от своего лица, что думает дядя о том, как надо бы устраивать правительство "на принципах здравого разума".
Безбородко в молодости так был увлечен Монтескье, что и в старости мог цитировать его кусками наизусть. Однако Кочубею он тут ничего говорить не стал, а от беседы уклонился.
Кочубей довел до наследника, что Безбородко молчит. Наследник послал Кочубея второй раз, с более энергичным и прямым запросом.
Тут оказалось, что уклонившийся от беседы Безбородко за это время как раз набросал в письменном виде свои соображения по этому поводу, и когда Кочубей подступился к нему вторично, их ему и вручил для передачи наследнику.
В мнениях сих значилось:

- введение для государя присяги царствовать "во славу империи и во благо общественное" (с разделением, как видим, интересов государства и блага непосредственно подданных и требованием соблюдать то и другое), а также декларации обязательства не нарушать действующие писаные законы (кроме как в тех специально оговоренных в самих же законах случаях, в которых государь может делать изъятия дел из сферы действия регулярных норм - собственно, делая так, государь законов и не нарушит, потому что право этих изъятий ему законом и предоставлено);

- открыто и явно признать действующие законы пока недостаточными по части защиты прав и блага подданных и недостаточно обеспечивающими должное милосердие и попечение в их адрес. Ввести в связи с этим новое, особое административно-правовое понятие о делах, в которых "уважение по человечеству [=соображения того самого милосердия, великодушия и попечения о подданных] требует смягчения законов". Создать особое судебное учреждение для передачи в него таких дел, изымая их из регулярного рассмотрения по писаным действующим законам, и решать их по наведению от общих принципов человечности и обережения подданных. Именовать это учреждение "Вышним Совестным судом" и комплектовать из _выборных депутатов от всех сословий_ (двое от дворян, двое от мещан-горожан, двое от крепостных крестьян) под началом судьи - императорского назначенца. Подразумевалось, что выделение дел для передачи в этот совестной суд и сама его работа должны ставить вопрос и о коррекции самих писаных законов в соответствующем направлении.
Иными словами, предполагалось иметь постоянное выборное бюро по отысканию ситуаций, где законы не отвечают должной человечности, и по осмыслению того, что тут можно делать - как выводя уже сейчас такие дела из сферы действия имеющихся писаных законов (вот как присяжные могут оправдать человека, констатируя, что он совершил то, что по закону наказуемо, но закон, если судить по совести, не про такие случаи писан, и надлежит по самому же закону иметь инстанцию, которая будет иметь право такие изъятия по совести из-под силы имеющихся прописанных норм выносить - и это право ей дает сам закон, в качестве автокоррекции. Просто в данном случае все это работает не самостоятельно, а под контролем государя), так и меняя самые эти законы.
Полезнейшее учреждение, между прочим, и для нынешних времен! Совершенно напрасно эти вопросы отданы целиком "опчественному мнению", партиям и т.д.

- проводить регулярные, раз в три года, ревизии всех губерний силами смешанных выборно-назначенных комиссий: председатель комиссии должен был быть сенатором, назначенным государем, а участники - шестерыми выборными депутатами, тоже двое от дворян, двое от мещан, двое от крепостных крестьян. И тем придать новую силу статуту 1775 г. Екатерины, по которому губернаторы должны были сами отслеживать и пресекать превышения власти местными чиновниками и жестокости и чрезмерные поборы помещиков по отношению к крестьянам (в духе размытости многих разделов права 17-18 веков не указывалось, а с какого момента суровости наказания вотчинной властью помещика становятся пресекаемыми жестокостями, и с какого размера оброка и барщины повинности крестьян должны считаться чрезмерными).

- создать генеральный уголовный суд с такими же шестерыми выборными депутатами;

- создать особый, как мы бы сейчас сказали, конституционный суд - собрание выборных депутатов и четырех назначенцев-чиновников, которое под председательством "канцлера юстиции" занимается постоянным "надзиранием прав государственных" (надзором за соблюдением прав лиц, учреждений и корпораций в государстве);

- придание этому конституционному суду (в основном выборному) и обычному высшему суду - Сенату (назначенному) законосовещательной власти: всякий новый закон не может быть принят самодержавной властью без предварительного его проведения через обсуждения сначала в собрании выборных под началом канцлера юстиции, а потом в Сенате; у них нет прав вето, но государь должен получить и изучить их заключения по каждому новому закону, без чего принять его не может.

- вся та крестьянская реформа, о которой шла речь выше;

- и еще ряд менее важных пунктов.

При этом хитрый Безбородко, вручая Кочубею для передачи Александру этот проект, заявил, что Екатерина-де все время имела в виду провести именно эти реформы, и лишь французская революция заставила ее покамест переменить мнение. Он безбожно злоупотреблял (на самом деле, если можно так сказать, доброупотреблял) именем покойницы, зная, что никто его в том не уличит, ибо доверенность ее к нему в сообщении самых тайных своих замыслов была общеизвестна, да еще им же и преувеличивалась. Мы, однако, положительно знаем, что по целому ряду пунктов (включая радикальные ограничения крепостного права по Безбородке) Екатерина не думала заходить на практике так далеко, хотя тоже политически воспитывалась на Монтескье. Безбородко просто соврал, желая подвинуть Александра авторитетом Екатерины на желаемые им самим более радикальные меры, чем она имела в виду для себя.

Вскоре Безбородко умер. По восшествии на престол Александра знаменитый П.А. Строганов (противник крепостного права, в 1790 г. - член якобинского клуба и любовник Теруань де Мерикур, однако противник и якобинских предприятий более позднего времени) имел наивность несколько раз дониматься до императора о том, когда же он изучит должным образом записку Безбородко и начнет совершать нужные преобразования в ее духе. Императору стоило некоторого труда спровадить его и утопить вопрос с этой запиской.

***

У Федотова литературные пристрастия были такие: любил Фонвизина, "страстно любил" Крылова, в том числе его тексты 18 века ("Почта духов" была им читана-перечитана), был в полном восторге от Лермонтова, весьма холодно относился к Гоголю и Пушкину, ценил А.Н. Островского, выучился по-английски (французский и немецкий выучил еще подростком) и очень любил Вашингтона Ирвинга и Байрона; из французов - Бальзака (восп. Дружинина).
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 73 comments