August 9th, 2019

Воспоминание безмолвно предо мной

Воспоминание безмолвно предо мной.

В одной московской школе в начале 1980-х гг. один ученик крикнул публично в классе во время парадной речи учительницы по случаю дня рождения Ленина - "День рождения Владимира Гитлера!" [Этим он, естественно, хотел не Гитлера славить, а сказать, что Ленин - упырь не лучше Гитлера (то есть эталона Сатаны для советского общества)]. - Понятно, на что он этим подписывался (вопреки его ожиданиям, дело просто замяли).

Он не собирался этим защитить свободу и демократию, или продвинуть их и побороться за них, или принести пользу делу расширения свобод и смягчения репрессивной идеократии, или ослабить и потеснить партийную диктатуру в СССР и постоять за людей, - было самоочевидно, что такими акциями всему этому (и окружающим людям, включая очень хорошего директора школы) можно только повредить. Он сводил свои счеты с самим собой и с победоносным злом, тычущим ему в лицо от имени всей страны прославление конченного упыря (в данном случае - через уста вполне хорошего человека, который, кстати, к этому упырю мог относиться как угодно, - в том числе и так же, как выкрикнувший).

Это было делом между ним и этим злом, а не заслугой перед лбществом, которой тут и в помине не было. Вот это - уважительная, думается, причина для таких действий, но она ничем не обязывает никого его поддерживать и сохранять к нему дружественность и ему не противодействовать (скажем, присутствовал бы я там и знал бы я заранее о таком его поступке, я бы, имей я такую возможность, попробовал бы просто его скрутить перед уроком и не дать ему провести его акцию - и никак не желанием упасти _его самого_ от последствий при этом руководился бы, меня этот аспект вообще не волновал бы - про последствия для себя он и сам без меня все имеет право определять).

Он не вел войну за людей (напротив, он им вредил), он провел личную войну и имел на это, по-моему, полное право - непонятно, почему он должен был бы так уж беречь окружающих (со-рабов победоносного зла) и ради их вящего сбережения отказываться от своей войны. Он не имел лишь права на то, чтобы ожидать и требовать от окружающих дружественности и сочувствия к его поступку или соучастия или поддержки, (и с чего бы, если он им своим поступком только вредил?) - но он и не ожидал и не требовал, он вполне соглашался с тем, что подписывается на оправданную вражду любого желающего из их числа. Точно так же, как он сам не стал бы считать себя морально обязанным сочувствовать чужому такому поступку за сутки до того - и не стал считать после своего поступка, что должен был бы сочувствовать такому же поступку чужому.

***
НБ. Сказанное не относится по делу к московским несанктам - ни к тем, в которых участвовал, скажем, я (скажем, 23.02.1992 и в 2013), ни к нынешним. Ущерб, который реально грозил участникам всех этих мероприятий, едва ли по своему размеру годится на то, чтобы с его помощью сводить те свои внутренние счеты с собой и с победоносным злом, о которых сказано выше. Про события 23.02.1992 часто говорят обратное (я читал про большие избиения там) - не знаю, не могу сказать сам, хоть там и участвовал. Но уж к акциям 2013 и 2019 сказанное мной относится, имхо, точно. Ущерб, на риск которого подписывался я при несанкте 2013, явно не годился по объему для того, чтобы поддерживать обсуждаемым способом свой эмоциональный баланс перед лицом победоносного направленного против меня и людей зла ("я не проглотил это молча, я пошел на такую-то личную жертву, чтобы не глотать это молча") - он сгодился бы для этого разве что человеку очень неприхотливому, с невысокими требованиями к поддержанию такого баланса. (Ходил я на этот несанкт, разумеется, не для того, чтобы прибегать к указанному способу сведения внутренних счетов и поддержания указанного баланса - этот несанкт по размерам ущерба, которым он грозил участникам, нисколько и не годился для такого способа, даже если бы я вообще хотел воспользоваться именно этим способом поддержания внутреннего баланса).

*** ***

Образованная среда позднего СССР была в немалой своей части (не вся, конечно) зоной бескрайнего эттеншн-вхорства, компэшшн-вхорства и дефенс-вхорства, и поэтому в ней неоднократно встречались применительно к таким случаям две позиции:

- (1) боже, да какое он имел моральное право всех нас так подставить?!

и

- (2) боже, да как вы можете не сочувствовать этому герою, пошедшему на распятие за всех нас и наши грехи, и не поддерживать его и не быть ему благодарным?

Мало что в жизни я слышал более жалкого и смешного, чем оба эти хорала. Можно подумать, он так уж непременно должен был иметь о нас горячее попечение в этом вопросе и при этих обстоятельствах - и можно подумать, мы его уполномачивали за нас распинаться и приносить нам этим то, что он нам этим мог принести.