November 27th, 2015

Дики желанья мои, и в ЖЖ всю их дичь изложу я

Дики желанья мои, и в стихах в ЖЖ всю их дичь изложу я

Несчастные 10-е классы по программе изучают нынче в школе "Обломова", в связи с чем пришлось его перечитать. Какое же жульничество этот роман - как и вообще многое у Гончарова, но здесь в какой-то кубической степени (он, кстати - чуть ли не Юрий Поляков своего времени. Очень показательно также его перекоряние с вкн. К.Р. по поводу продолжения "Манфреда", которое тот затеял, см. http://www.portal-slovo.ru/philology/39016.php?ELEMENT_ID=39016&PAGEN_1=2 ). Стало быть, Илью Ильича погубила обломовщина? ("- Погиб, пропал ни за что. Штольц вздохнул и задумался. - А был не глупее других, душа чиста и ясна, как стекло; благороден, нежен, и - пропал! - Отчего же? Какая причина? - Причина... какая причина! Обломовщина! - сказал Штольц. - Обломовщина! - с недоумением повторил литератор. - Что это такое? -Сейчас расскажу тебе, дай собраться с мыслями и памятью. А ты запиши: может быть, кому-нибудь пригодится. И он рассказал ему, что здесь написано"). Вообще-то по сюжету его погубила гипертония и серия инсультов. Был бы этот "литератор" менее фиктивен, он сказал бы Штольцу: "Какую ты, братец, дичь понес! Что за черт обломовщина? Будь он натурой покрепче, и с обломовщиной своей жил бы до ста лет: вот NN и с дивана не слезает, и кофий пьет, и горячительное каждый день употребляет, а ему уж восьмой десяток пошел".

Гончаров, разумеется, уловил из читанных им романов, что ежели желаешь обличить нечто, то хорошо представить понатуральнее, как из этого нечта вырастает упадок и гибель главного героя. Чтобы читатель, не дай бог, не пронес этот сильный ход мимо рта, Гончаров прямо разъяснил ему всю эту машинку в процитированных выше финальных строках романа. Но по неспособности он не сумел выполнить это литературное условие на деле: смерть героя у него вырастает из "обломовщины" не закономернее, чем дядька в Киеве - из бузины в огороде. Что, кроме авторской силовой подгонки под месседж, мешало, в самом деле, герою дожить при самом наижелезнейшем здоровье до глубокой старости? Или, к примеру, если уж обнаружилась для него угроза удара, заниматься променадом и гимнастикой, кофе сменить на брусничную воду, а никакого "дела" все равно так и не делать, и тем надуть глупого своего автора? Ничего, кроме авторского же произвольного принуждения к обратному. Сила есть, ума не надо.

Вот бы эту нравоучалку сняли из программы, а вместо нее, к примеру, давали трилогию Кузнецова:) ( http://lit.lib.ru/k/kuznecow_s_j/index.shtml#gr3 ) . Во-первых, учащиеся вынесли бы из нее знание о куда более актуальных для них и современной истории страны вещах. Во-вторых, они смогут лучше подготовиться к событиям, которые практически неизбежно произойдут здесь, когда при высшей власти окажутся люди моего и близких поколений (в среднем ок. 1971 г.р. Сейчас у нас средний год рождения людей в высшей власти - 1957 г., список самих этих людей см. напр. http://cont.ws/wp-content/uploads/2014/10/41.jpg . При этом доминируют там люди первой половины 1950-х гг. р., а второй эшелон высшей власти - конца 50-х - перв. пол. 60-х гг. р. Люди поколений конца 60-х - первой половины 70-х г.р. будут при высшей власти ориентировочно около 2030 г., и ожидают нас тогда крупные и динамичные дополнительные неприятности).

В-третьих, если дать учащимся задание, например, выстроить фабулу "Гроба хрустального" по его тексту, то это развивать у них будет способность к обработке информации, соображение и ум, а не речекрякание. Впрочем, преподавание литературы в школе преследует цели противоположные, и потому реконструкция не прописанных прямо в тексте элементов фабулы никакого места в нем уже второй век не занимает.