August 13th, 2015

Макаров и его превосходительство. Сериал. 6. Апогей.

Макаров и его превосходительство. Сериал. 6. Апогей.

(предыдущие серии в предыдущих постах).

6. Апогей. "Партизаны Таврии" (1960).

Между 1957 и 1960 гг. Макаров переживает необычайный взлет. Его персональная партизанская пенсия к 1959 была увеличена с начала 50-х вдвое, с 500 до 1000 рублей. После двух крымских изданий его воспоминаний (1940 и 1957 гг.), они были в 1960 г. переизданы в Москве в Воениздате, с приставленным литнегром в чине чуть ли не полковника, под названием "Партизаны Таврии", в резко расширенном и беллетризованном виде, и, вдобавок, с фотопортретом автора на форзаце - как полагалось классикам и особам, к ним приравненным (ни в одном из предыдущих изданий Макаров такой чести, разумеется, не получал). По сравнению с затрапезным периферийным изданием 1957 года это было гигантским шагом наверх. Только по хранящимся в различных архивах документам можно было бы понять, что именно позволило Макарову сделать этот шаг. Оговорим, однако, что при Хрущеве Макаров боролся за свое очередное возвышение, как лев, написав, в частности, красноречивое письмо самому Хрущеву, частично опубликованное, о том, чтоб его восстановили в партии и считали стаж с 1921 года, зачислив еще и в старые большевики с выделением соответствующих льгот: " "..Беда в том, что в 1921 году явился на чистку рядов партии в нетрезвом виде и был исключен из партии. Время шло, не мог восстановиться — мешала болезнь алкоголя… Мой тяжелый недуг то ухудшался, то улучшался, я лечился в психиатрической больнице, в Севастопольском институте физических методов лечения, по мере сил продолжал работу на ответственных постах… И теперь единственным моим недостатком является алкоголизм, с которым продолжаю бороться». Заканчивается письмо просьбой восстановить партийный стаж с 1921 года, «чтобы я мог пользоваться льготами персональных пенсионеров-старых большевиков»". Но нас больше интересует само новое издание макаровских меморий.

Фолиант 1960 года развил все инновации 1957 г., прибавив к ним значительное расширение и приглаживание материала вплоть до трудновыносимой беллетризации. Живые авантюрные интонации изданий 1920-х совершенно исчезли: на этот раз читателю предлагалось монументальное лиро-эпическое полотно. Впервые со всеми подробностями освещалось прошлое Макарова до 1918 года, начиная с детства - и было это не просто прошлое, а Становление Революционера. Вновь во всей детальности появился тов. Цакккер, отброшенный было в 1957-м. Добавились некоторые новые эпизоды и зарисовки. Сама сцена поступления к дроздовцам впервые оказалась прописана исчерпывающе, с заполнением в нужном духе последнего логического провала, уцелевшего от прошлых изданий: теперь объяснялось, почему Макаров назвался именно офицером, а не обывателем, и то, почему он так поторопился проситься к дроздовцам. Оказывается, на Макарове в момент задержания дроздовцами был офицерский френч и фуражка, а во внутреннем кармане - мандат ревкома, и он должен был немедленно выдать себя за "своего", то есть офицера, чтобы избежать обыска: Collapse )

В заключение стоит отметить курьезный сбой: ординарец Май-Маевского, именовавшийся в изданиях 20-х гг. Прокоповым, в издании 1960 стал Прокопчуком. Причину можно установить сразу: согласно изданиям 20-х, сам Май-Маевский звал Прокопова уменьшительным "Прокопчик". По сбою памяти или из-за опрометчивой редактуры "Прокопчик" превратился в "Прокопчука".

ПРИМЕЧАНИЯ

/7/ Об этой реплике Баранова см. В. Амфитеатров-Кадашев. Страницы из дневника // Минувшее. 20. М., 1996. С.600.

/8/ Макаров не знал отличия титулов "княгиня" и "княжна". По дословному смыслу его текста в "Партизанах Таврии" получается, что Деникин женился на вдове некоего князя Горчакова.

Макаров и его превосходительство. Сериал. 7. Видишь ли, Юра...

Макаров и его превосходительство. Сериал. 7. Видишь ли, Юра...

(предыдущие серии в предыдущих постах).

7. Видишь ли, Юра... Черный человек Георгий Северский.

В 1966-1967 Макаров претерпел новое падение: на него воздвигся из зависти Георгий Северский (1909-1997), неизмеримо более крупная в Крыму фигура, партийно-партизанско-литературный босс (бывший заместитель командующего партизанскими соединениями Крыма), хорошо знавший Макарова. Был он человеком самых худых правил, совершенно лишенным даже бойко-прохиндейского обаяния Макарова. А ведь начиналось все с прямо противоположного: Северский Макарову благоволил, и около самого начала 1966 г. Крымское радио выпустило радиопередачу о Макарове /9/, причем сам Макаров даже отношения к ней не имел, эту передачу подготовил как раз Георгий Северский с одним сотрудником Симферопольского радиокомитета. В передаче говорилось о том, как Макаров был адъютантом Май-Маевского, партизаном под Врангелем и под немцами. Материал об этой передаче был напечатан в журнале "Советское радио и телевидение" (№ 6 за 1966 год) /10/, причем там поместили и интервью с самим Макаровым, где тот хвастал совсем уж безудержно: рассказал, что в бытность его адъютантом Май-Маевского сам Врангель обратил внимание на его, Макарова, быстрое возвышение в чинах и сказал ему: «Я в Ваши годы был всего лишь подпоручиком», на что-де Макаров "встал [то есть до этого сидел] и дерзко возразил: «Но в мои годы Вы не имели Анны на темляке. А у меня, кроме нее, еще три боевых креста и два ранения»" [реально у Макарова была небольшая контузия на Румынском фронте и больше ничего у него не было], а Врангель-де в ответ рассмеялся и сказал: «Сидите, капитан, я не хотел Вас обидеть. Обещаю, что Вы еще будете генералом и комендантом нашей первопрестольной столицы Москвы» (раскопал это интервью М. Михайлов).

Между тем из "Радио - телевидения" эта история стала известна редакции уже всеукраинской пионерской газеты "Юный ленинец" и вызвала у нее интерес. В марте 1966 г. редакция договорилась с Северским (как соавтором передачи Крымского радио и знатным партизаном) о том, что он напишет на этот сюжет повесть для "Юного ленинца" (к пятидесятилетию Октября) в соавторстве с кем-либо из сотрудников газеты; на роль последнего избрали И. Росоховатского. И вот тут Северский показал свое черное нутро: он решил категорически не подпускать бойкого на перо и язык Макарова к деньгообильному всереспубликанскому куску, а полностью перевести этот кусок на себя. Поэтому Макарова он ко всему этому проекту и не пускал, а попытки самого Росоховатского выйти на Макарова безапелляционно обрывал. В частности, Северский вообще не сообщил Росоховатскому о недавних изданиях макаровских воспоминаний, а об изданиях довоенных сказал Росоховатскому так: "Бульварная книжонка, выходила в 30-е годы, затем была запрещена и изъята из обращения. У самого Макарова ее также нет". Немного позднее Северский расстарался еще больше - похоже, что именно он стал распространять слухи (на которые мне любезно указал С.В.Карпенко), что вообще-де есть подозрения и сомнения даже по вопросу о том, на какую сторону-то работал на самом деле Макаров среди партизан во время Отечественной войны - нашу или немецкую... (Учитывая, что Collapse )
Дело могло бы раскрутиться в обратную сторону, потому что "Известия" в 1970 году - это, пожалуй, штука посильнее Крымского обкома. Но Макаров, дождавшись этого застрельного успеха в своем контрнаступлении, умер 16 декабря 1970 года в возрасте 72 лет (в документах НКВД его годом рождения показан 1897, но во всех документах крымских архивов - 1898). Как говаривал Коммод накануне смерти Марка Аврелия, "мертвые не могут ничего", и теперь Северскому с Болгарином не мог препятствовать никто. В 1979 они еще и выпустили книгу "Адъютант его превосходительства" - беллетризацию сценария с включением, вроде бы, кусков из пресловутой повести Северского - Росоховатского "И все-таки это было". "Грешный адъютант" оказался все-таки проглочен Северским даже не почти целиком, а целиком совсем.

ПРИМЕЧАНИЯ

/9/ Дальнейшее изложено с учетом недавно опубликованного мемуарного очерка И. Росоховатского (Игорь Росоховатский. Правда о том, как создавался "Адъютант его превосходительства". Зеркало Недели On The WEB. 41 (54) Суббота 14-20 Октября 1995. Интернет-публикаци www.zerkalo-nedeli.com/ie/show/54, тж. http://gazeta.zn.ua/CULTURE/pravda_o_tom,_kak_sozdavalsya_adyutant_ego_prevoshoditelstva.html ).

См. также Станислав Сергеев. Адъютант выходит из подполья // Известия. 14.07.2009, http://izvestia.ru/news/350699#ixzz3iREWrI00 ; М. Михайлов. Адъютант Май-Маевского: Чекист-нелегал или миф советской пропаганды? // Military Крым. 2005. №2. С.46-50, тж. с дополнениями http://military.sevstudio.com/makarow-adiutant-shpion/ )

/10/ И. Росоховатский в указанном своем очерке называет этот журнал "Радио - телевидение". Очевидно, имеется в виду "Советское радио и телевидение".

Прод. след.

Макаров и его превосходительство. Сериал. 8. Степень достоверности воспоминаний Макарова

Макаров и его превосходительство. Сериал. 8. Степень достоверности воспоминаний Макарова

(предыдущие серии в предыдущих постах).

В 90-е годы про Макарова вспомнили опять. В 1992 издательство "Российский Раритет" выпустило первую часть первоиздания воспоминаний Макарова под измененным заглавием (Адъютант его превосходительства. Кто он? М., 1992). По cлучайной ошибке издательство заявило на форзаце, что оно выпускает текст по 3-му изданию «Адъютанта генерала Май-Маевского», переработанному и дополненному; на деле, повторим, текст печатался по 1-му изданию 1927 года. В 1996 г. в официальной истории российской внешней разведки вышел очерк о Макарове, подготовленный Н.Ермаковым (Адъютант его превосходительства // Очерки истории российской внешней разведки. Т.2. 1917-1933. М., 1996. С.25-36). По признанию самого автора очерка, он просто пересказывал 3-е издание воспоминаний Макарова, так как никаких документальных отражений его истории не нашел /11/. К сожалению, свой пересказ автор развил двумя-тремя непроизвольно домышленными деталями, ни в каких макаровских текстах не присутствующими /12/. О приключениях Макарова во время Гражданской войны говорится также в одной из глав труда профессора Таврического университета С. Б. Филимонова (Тайны судебно-следственных дел. Симферополь, 2000), цитированной нами выше, и в ряде медийных публикаций, посвященных харьковскому семейству Жмудских, упоминаемому в мемуарах Макарова. Бесконечное количество беллетристики Болгарина «праКольцова» (восьмитомник, частью с соавторством Северского, частью с соавторством Смирнова) не имеет уже никакого отношения ни к Макарову, ни к истории, ни, надо признаться, к литературе - если не считать литературой всякий объем бумаги с графемами.

8. Достоверность воспоминаний Макарова.

Как это ни покажется странным, воспоминания Макарова надо признать в своей основе чрезвычайно достоверными. Практически все их конкретные эпизоды, даже мелкие, находят прямое или косвенное подтверждение в других источниках (Макарову почти всегда недоступных – то есть он не оттуда их брал, а приводил действительно по памяти). Такого рода подтверждения будут подробно прослежены ниже в комментариях. Здесь ограничимся несколькими примерами. Макаров вспоминает, как подбил известного богача Рябушинского поднести Май-Маевскому золотое оружие; и действительно, в харьковских газетах 1919 года, которын я видел в РГБ, эта церемония упомянута и всесторонне освещена. Макаров пишет, что Май-Маевский стоял за политику, так сказать, социальной демагогии, призывая немедленно и безвозмездно закрепить за крестьянами захваченную ими землю и пойти навстречу экономическим интересам рабочих, а вот Врангель был категорически против такого закрепления беззаконных захватов 1917 года и уступок массам. И действительно, самые разные источники указывают, что Май-Маевский призывал вести себя в соответствующих сферах политики подобно большевикам (речь шла не о терроре, а именно о переманивании на свою сторону народных масс и частичном перераспределении имуществ), а Врангель, как известно, даже в своем земельном законе 1920 года не мог полностью пойти навстречу грабежу и отказаться от требования, чтобы крестьяне выкупали захваченные ими земли. Третий пример: Макаров пишет, что при Шкуро ездил кинооператор, снимавший казни пленных китайцев, и такие материалы потом демонстрировались в "Осваге", но не всем, а только офицерам. А в дневниковых записях одного из сотрудников "Освага" (В. Амфитеатрова-Кадашева), опубликованных впервые в 90-е годы, упоминается следующий эпизод: кинооператор, сопровождавший Шкуро, как-то снял на одной и той же пленке, кроме боевых сцен, еще и сцену повешения пленного китайца-комиссара, еще одной казни и порки; он получил за это сильнейший выговор - пленку из-за этих сцен невозможно было показывать зрителю - однако ее продемонстрировали, как свежеотснятый материал, на закрытом просмотре Май-Маевскому, которого, как отмечается в дневнике Амфитеатрова, при этом сопровождал Макаров. Итак, Макаров писал по совершенно точному воспоминанию об этом самом просмотре (только возвел в своих мемуарах единичный случай, за который в самом "Осваге" оператор получил выговор, в осважное правило). Четвертый пример: Макаров живописует, Collapse )

Искажения реальности, допушенные Макаровым, - их тоже хватает, - делятся на три четко различающиеся группы. Collapse )

Аналогичные уточнения касаются и судьбы Жмудских после отступления белых. Collapse ) Скончалась Каринская-Жмудская в Нью-Йорке в возрасте 96 лет.

ПРИМЕЧАНИЯ

/11/ Очерки истории российской внешней разведки. Т.2. 1917-1933. М., 1996. С.25; С.36. Прим.2.

/12/ Например, без всяких оснований в очерке Ермакова заявляется, что кн. Адамов, начальник конвоя Май-Маевского, считал себя глубоко обязанным Макарову (тот рекомендовал Май-Маевскому назначить Макарова на эту должность) и делился с ним важной военной информацией, полученной от Май-Маевского (Там же. С.29). В воспоминаниях Макарова, излагаемых Ермаковым, такого нет, хотя "развить" их подобным образом было бы вполне возможно.

Макаров и его превосходительство. Сериал. 9-10. Май-Маевский у Макарова и вообще. 9.1

Макаров и его превосходительство. Сериал. 9-10. Май-Маевский у Макарова и вообще. 9.1

(предыдущие серии в предыдущих постах. Оглавление предыд. серий: 0. Введение. 1. 1. Павел Макаров попадает на белую службу. 2. "С палкой ходит бронепоезд, а пройти не может": братья Макаровы никак не могут найти контакты с большевистскими организациями. (Лето 1919 - декабрь 1919). 3. "Наконец, нашли!" И спалились. (Декабрь 1919 - февраль 1920). 4. Борьба за мемуары. От "Адъютанта генерала Май-Маевского" (1927-1929) до "В двух схватках"(1957) через арест в тридцать седьмом. 5. От издания к изданию: большие и небольшие перемены. 6. Апогей. "Партизаны Таврии" (1960). 7. Видишь ли, Юра... Черный человек Георгий Северский. 8. Степень достоверности воспоминаний Макарова).

9-10. Генерал Май-Маевский - в изображении Макарова и вообще.

9. Вообще.


Наибольшее внимание в мемуарах Макарова привлекает, естественно, сам генерал Май-Маевский. Дело в том, что из людей, знавших генерала лично, сколько-нибудь подробные характеристики его оставил, кроме Макарова, только один человек: генерал Борис Штейфон (в общей сложности - несколько страниц в его работе "Кризис добровольчества", Белград, 1928 ). При этом Штейфон общался с генералом несравненно меньше, чем Макаров, и уделил ему гораздо меньше внимания. Иногда Макаров позволяет даже исправить ошибки справочной литературы: так, во многих имеющихся справочниках утверждается, что Май-Маевский поступил в Добармию на Дону, в марте 1918 года. Однако в этой ситуации генерал оказался бы участником Ледяного похода, которым он заведомо не был (на всех фотографиях, включая многочисленные фотографии в парадной форме, он предстает без знака участника этого похода - меча в терновом венке). Воспоминания Макарова все ставят на свое место: он заявляет, что Май-Маевский поступил в Добрармию уже на Кубани, то есть уже летом 1918 года.

Принимая во внимание масштаб фигуры Май-Маевского и характер собравшихся вокруг его имени легенд, все сказанное делает воспоминания Макарова как источник по биографии Май-Маевского (учитывая выявляемую независимо высокую достоверность этих воспоминаний) подлинно неоценимым источником. Тут, конечно, необходимо очертить сами эти легенды.Collapse )Как легко заметить, это, собственно, рассказ о том, как Май-Маевский (если, конечно рассказчик достоверно передавал события, включая то, кто это был) пресек погромные действия каких-то своих чинов, лично прилетев это делать, хотя сам рассказчик явно не этот смысл видел в своем рассказе (см. подробно /24/).
Все это создает прочное и вполне определенное впечатление, тем более что эти свидетельства разнородны и случайны.

(прод. след.)

ПРИМЕЧАНИЯ

/13/ Марина Грей. Мой отец генерал Деникин. М., 2003. С.221.

/14/ Д. Лехович. Белые против красных. Судьба генерала Антона Деникина. М., 1992. С. 235.

/15/ Митрополит Вениамин (Федченков). На рубеже двух эпох. М., 1994. С.201.Collapse )

Макаров и его превосходительство. Сериал. 9-10. Май-Маевский у Макарова и вообще. 9.2

Макаров и его превосходительство. Сериал. 9-10. Май-Маевский у Макарова и вообще. 9.2

(предыдущие серии в предыдущих постах. Оглавление предыд. серий: 0. Введение. 1. 1. Павел Макаров попадает на белую службу. 2. "С палкой ходит бронепоезд, а пройти не может": братья Макаровы никак не могут найти контакты с большевистскими организациями. (Лето 1919 - декабрь 1919). 3. "Наконец, нашли!" И спалились. (Декабрь 1919 - февраль 1920). 4. Борьба за мемуары. От "Адъютанта генерала Май-Маевского" (1927-1929) до "В двух схватках"(1957) через арест в тридцать седьмом. 5. От издания к изданию: большие и небольшие перемены. 6. Апогей. "Партизаны Таврии" (1960). 7. Видишь ли, Юра... Черный человек Георгий Северский. 8. Степень достоверности воспоминаний Макарова. 9-10. Генерал Май-Маевский - в изображении Макарова и вообще. 9.1. Вообще, ч.1.)

9-10. Генерал Май-Маевский - в изображении Макарова и вообще. 9.2.

9.2 Вообще (окончание)
.

Однако в том, что касалось частной собственности, а не личности людей, Май-Маевский придерживался последовательной и четко выраженной позиции, существенно отличавшейся от позиции, занятой самим добровольческим режимом - настолько, что многие запомнили его как человека, считавшего необходимым брать в этом отношении пример с большевиков и открыто заявлявшего об этом. Речь здесь шла, разумеется, не о большевистском терроре (что лишний раз явствует из перечисленных выше примеров), но о некоторых сторонах отношения к собственности. Расхождения Май-Маевского с твердым курсом деникинского режима в этой области касались и понимания того, как надлежит изменять общественные конвенции применительно у условиям Гражданской войны, и того, каков должен быть оппортунизм по отношению к уже случившимся их нарушениям. Эти расхождения можно свести к нескольким пунктам: Collapse ) и решительности в оппортунистических действиях Май-Маевский также стоял особняком среди руководителей ВСЮР.

ПРИМЕЧАНИЯ



/25/ Врангель П.Н. Записки. Кн.1. М., 1992. С.131, 263, 449, 504.

/26/ А.И. Деникин. Очерки русской смуты. Т.4, гл.11; ср. Т.5, гл.24.

/27/ К грабежам на территории, где уже была введена власть добровольческого режима, т.е. в тылу, это, конечно, не относилось: с ними Май-Маевский пытался бороться вполне последовательно, хотя, как и все остальные представители всех режимов, без заметного успеха.

/28/ Врангель П.Н. Записки. Кн.1. М., 1992. С. 504.

Макаров и его превосходительство. Сериал. 9-10. Май-Маевский у Макарова и вообще. 10.

Макаров и его превосходительство. Сериал. 9-10. Май-Маевский у Макарова и вообще. 10.

(предыдущие серии в предыдущих постах. Оглавление предыд. серий: 0. Введение. 1. 1. Павел Макаров попадает на белую службу. 2. "С палкой ходит бронепоезд, а пройти не может": братья Макаровы никак не могут найти контакты с большевистскими организациями. (Лето 1919 - декабрь 1919). 3. "Наконец, нашли!" И спалились. (Декабрь 1919 - февраль 1920). 4. Борьба за мемуары. От "Адъютанта генерала Май-Маевского" (1927-1929) до "В двух схватках"(1957) через арест в тридцать седьмом. 5. От издания к изданию: большие и небольшие перемены. 6. Апогей. "Партизаны Таврии" (1960). 7. Видишь ли, Юра... Черный человек Георгий Северский. 8. Степень достоверности воспоминаний Макарова. 9-10. Генерал Май-Маевский - в изображении Макарова и вообще. 9.1-2. Вообще, ч.1-2).

9-10. Генерал Май-Маевский - в изображении Макарова и вообще. 10.

10. ..И у Макарова


Все сказанно лишь усиливает исторический интерес, вызываемый фигурой Май-Маевского, и дополнительно повышает ценность тех немногих источников, которые позволяют составить о нем представление - а воспоминаниям Макарова принадлежит среди этих источников бесспорное первенство. И наиболее впечатляющим здесь является то, в каком ключе изображает Макаров Май-Маевского в своих сугубо советских воспоминаниях, "проверенных Истпартом" - а определить этот ключ иначе, как преклонение и восхищение, попросту невозможно. Май-Маевский под пером Макарова оказывается истинным средоточием всех доблестей: всячески, во множестве эпизодов, Макаров рисует его личную храбрость; ответственность и верность долгу; трезвомыслие и отсутствие тщеславия, отвращение к интригам; политическую зрелость и проницательность, настойчивое намерение удовлетворить трудовое население и решить аграрный и рабочий вопросы в духе его требований; последовательное противостояние беззаконному - или даже правомерному, но чрезмерно суровому - насилию над населением. От первой редакции воспоминаний Макарова (1-2 издания "Адъютанта") ко второй (3-5-е издания) число таких эпизодов даже увеличивается. В первом издании Макаров вообще подтверждал от собственного лица, что Май-Маевский вел борьбу "героически" (в следующих изданиях, как мы упоминали, это подтверждение было снято). Сейчас, задним числом, уже трудно понять, как даже при НЭПе могла быть допущена такая героизация белого командарма в советской печати.

Видимо, для того, чтобы это все же стало возможным, Макаров разбросал по своему тексту Collapse )

И действительно, в два других дискредитирующих белых эпизода, разбиравшиеся выше (о совете Деникина Май-Маевскому помедлить с наступлением, чтобы красные успели затормозить успехи Колчака, и о скандале и угрозах, которые Шкуро закатил командованию в связи со своим производством в генлейты), Макаров без всякой надобности вставил не только детали, показывающие, что рассказчик тут врет, всякому сведущему в истории Гражданской войны читателю, но и детали, показывающие то же самое всякому читателю вообще (внутренняя абсурдность злого умысла Деникина в первом эпизоде, население Ростова в Харькове во втором эпизоде, см. выше).

ПРИМЕЧАНИЯ

/29/ Добавим, что в 1960 Макаров, доводя издевку над читателем до абсурда, прибавляет, что после инспирированной им попойки Май-Маевский и другие начальники не командовали своими войсками несколько дней, так как все эти дни им пришлось потратить на то, чтобы опохмелиться после названной попойки!

Прод. след.