August 28th, 2010

Бриоши, продолжение

Бриоши, продолжение (см. пред. пост)

Оба аргумента, которыми доказывают, что Мария-Антуанетта не могла сказать пресловутого “если у них нет хлеба, поели бы бриошей!” (то, что историю о принцессе, сказавшей в точности это самое, излагает уже в качестве общеизвестного анекдота Руссо в 1737 и 1760-х гг., и то, что Мария-Антуанетта и отдаленно не была ни настолько оторвана от жизни, чтобы сказать нечто подобное всерьез, вослед помянутой анекдотической принцессе или реальной принцессе Виктуар, дочери Людовика XV, ни настолько черства к голодающим, чтобы сказать это в издевку, как, вероятно, сказала нечто подобное Мария-Тереза, жена Людовика XIV) – ничего не стоят. Collapse )
Поэтому начиная с осени 1789 года королева вполне могла бы сказать ”Если у них нет хлеба, пусть едят бриоши!” именно в качестве враждебного выпада и издевки, но эти вражда и издевка относились бы не к реальным бедам народа и безвинным жертвам этих бед, а к попыткам использовать эти беды (в том числе в преувеличенном и перетолкованном облыжной пропагандой и облыжными толками виде) во враждебных ей – и самой её жизни – целях, кем бы эти попытки ни предпринимались – выходцами из народа, как в случае с октябрьским походом на Версаль, или политиканами и демагогами от революции.

И, однако, она этого, по-видимому, вовсе не говорила – но доказывается это иными аргументами, нежели традиционные.